ЭЙФМАН СЧИТАЕТ, ЧТО РУССКАЯ ШКОЛА БАЛЕТА НУЖДАЕТСЯ В ПЕРЕМЕНАХ — Балет 24

ЭЙФМАН СЧИТАЕТ, ЧТО РУССКАЯ ШКОЛА БАЛЕТА НУЖДАЕТСЯ В ПЕРЕМЕНАХ

По мнению балетмейстера, нынешние выпускники не имеют должной подготовки и необходимой интеллектуальной основы, чтобы создавать высокое театральное балетное искусство

Русская школа балета представляет собой консервативную систему, которую необходимо изменять и адаптировать под новые современные вызовы. Такое мнение высказал в воскресенье в интервью ТАСС Борис Эйфман, руководитель Санкт-Петербургского государственного академического театра балета, с триумфом дебютировавшего 6-8 апреля на сцене нью-йоркского Lincoln Center с балетом "Анна Каренина".

Новые идеи

"Сегодня русская школа немного законсервировалась, пунктуально следует нормам, догмам Вагановской системы (Агриппина Ваганова - советский балетмейстер, основоположник теории русского классического балета - прим. ТАСС), - считает Эйфман. - Но ведь сегодня от танцовщиков требуется очень многое - навыки, которых не знает и не учитывает русская балетная школа".

По его словам, нынешние выпускники словно вышли из "инкубатора" - "не имеют должной подготовки и необходимой интеллектуальной основы, чтобы создавать высокое театральное балетное искусство".

"Конечно, есть плюсы такого образования - мы продолжаем выпускать профессионалов, которые могут работать во всем мире, но, с другой стороны, мы совсем не развиваемся, а это плохо, так как нельзя предлагать только одну старую, законсервированную балетную систему", с сожалением заметил он. "Школа - замечательная, но сто лет спустя, в наши дни, надо уже проделать тот же путь, который прошла Ваганова - собрать лучшее из всех школ и создать свою, - подчеркнул балетмейстер. - Мы пока никак не можем продвинуться вперед в развитии, так как новые идеи балетного театра требуют нового вида танцовщика, чтобы артисты соответствовали требованиям, предъявляемым им хореографом".

"Русский балет достиг своего апогея в конце XIX века в творчестве Петипа (Мариус Петипа - французский и российский балетмейстер, педагог - прим. ТАСС), - напомнил Борис Эйфман. - Но до этого в мире очень успешно работал французский, итальянский, датский балет. Однако никто в мире, в Европе, не пестовал, не любил балетное искусство так, как царская семья, благодаря чему оно достигло в России невероятных высот. В балет вкладывались большие средства, поэтому в России начали работать высококлассные педагоги, хореографы из разных стран".

"Петипа использовал различные направления и стили, ассимилировав их на русской почве, а позже уже Ваганова синтезировала методики разных школ и создала на их базе "школу Вагановой", отметил хореограф. "Это правильно, так как не может балетное искусство развиваться локально, в стороне от мирового искусства", - подчеркнул Эйфман, добавив, что и сегодня русская школа балета нуждается в переменах.

Балет как философское искусство

В этом году театр Эйфмана отмечает 40-летие и, по словам руководителя, постоянно находится в развитии, поиске новых форм. "С самой первой программы, созданной нами в 1977 году, в течение сорока лет мы пытались найти новые формы для развития нашего балетного искусства, сделать его более глубоким, сложным, философским, чтобы оно могло не только радовать глаз, но и трогать сердце, отражать актуальные проблемы человечества, - рассказал руководитель театра. - Балетное искусство всегда удивляло красотой своих линий и композицией, но мы, напротив, пытались углубиться внутрь человека, познать его мир, выразить его языком тела".

"Таким образом мы создавали русский психологический театр балета", - подчеркнул Эйфман.

Хореограф мечтает, чтобы в театр приходили артисты, способные "на высоком профессиональном уровне" выразить те идеи, которые он проповедует. В то же время Эйфман хочет "сохранить в труппе дух не только новаторства и студийности, но и "театра-дома", который в нем создан".

Кроме того, главная мечта Эйфмана остается неизменной вот уже два десятилетия - построить для своей труппы театр. "Уже почти 20 лет я живу надеждой, что все-таки будет построен Дворец танца в Петербурге, который станет домом для нашей труппы, - сказал он, - и мы тогда сможем приглашать туда поклонников нашего искусства со всего мира. Сегодня проект находится все еще в стадии бесконечных документаций - это утомительная история, но я по жизни оптимист - если суждено мне получить театр, я его получу".

Эмоции, способные вызвать катарсис

Вместе с тем, по мнению руководителя театра, не только современный, но и классический балет будет жить и процветать, поскольку он востребован публикой. "Для меня это своеобразный феномен, что такой консервативный, старомодный русский классический балет до сих пор успешен, - признался он. - Видимо, действительно, сегодня, в век колоссального развития технологий, мира новаций, люди хотят оставить частицу своего внутреннего мира для восприятия истинной красоты балетного искусства, которое прошло испытание временем. Пока оно востребовано, оно будет жить".

"Другое дело, что оно должно быть исключительно на высоком уровне, что мы не всегда наблюдаем, - посетовал балетмейстер. - Кроме того, многие коллеги путают понятия современного балета и танца, но танец - это музыка в движении". "Балет, - как подчеркнул Эйфман, - это синтез музыки, движения, актерского мастерства, действа, технологий, дизайна, костюмов и многих других компонентов. Это искусство сегодня очень дефицитно, так как многие молодые хореографы не владеют мастерством выстраивания высокой композиции балетного спектакля и ставят просто танец".

По его мнению, балетное искусство "не должно гнаться за актуальными темами". "Оно призвано выражать более вечные ценности, которые мы утрачиваем в повседневной жизни, - полагает балетмейстер. - Ценность и незаменимость балетного искусства в том, что оно должно быть вечным, выражать эмоции, волнующие и вдохновляющие людей разных поколений".

"Не надо политизировать балетное искусство, - отметил он. - Люди стремятся на балет, потому что им хочется увидеть и почувствовать то, что они не смогут пережить дома, сидя у телевизора или в интернете, в зале они получают ту живую эмоцию, которая аккумулирует у них новую жизненную энергию. Люди хотят пережить такие эмоции, которые, возможно, даже вызовут катарсис. Миссия нашего театра - интегрировать людей разных культур, стран, политических взглядов на общем пространстве человеческих эмоций, высших ценностей".

Успех требует постоянного подтверждения

Балет "Анна Каренина" был представлен зрителям театра Дэвида Коха в Lincoln Center четыре раза 6-8 апреля, и каждый раз в зале был аншлаг, а по окончании - бурные овации. "Попав в Нью-Йорк во время накала политических страстей, мы показываем и доказываем, что есть нечто, стоящее над политикой, и я горжусь, что сегодня наш театр так активно участвует в этой интеграции общедуховных человеческих ценностей", - подчеркнул Эйфман.

"В представленном балете я пытался раскрыть внутренний мир Анны Карениной, поскольку именно балету, человеческому телу доступно выразить то, что находится между строк романа Толстого: все ее страдания, ощущение сексуальной зависимости от мужчины, ад, в который она каждый раз погружалась, попытка самоубийства как попытка уничтожить в себе злое, инородное, чужое, которое в ней проявлялось, - пояснил балетмейстер. - Это сложный психологический процесс, и я считаю Толстого первым психоаналитиком - он потрясающе проник во внутренний мир необычной женщины".

"Любовный треугольник - это банально, это то, что всегда было, есть и будет, но актуальна и до сих пор не разгадана тайна этой женщины. Ценность балета - в том, что мы открыли новые формы выражения этих внутренних переживаний, ее патологической зависимости, страсти, - подчеркнул Эйфман. - Я не сочувствую и не осуждаю Каренину, для меня она субъект моих переживаний, размышлений, я пытаюсь не навязывать свое отношение, стараюсь лишь понять незаурядный тип женщин, показать первопричины ее необычных поступков, открыть свое видение мира людям, которые пришли на спектакль. Каренина - очень современна, тип такой женщины делает историю необычной и актуальной".

По словам руководителя театра, триумф, с которым нью-йоркские зрители встречали "Анну Каренину", вызывает у него противоречивые чувства. "Каждый спектакль - это экзамен, прохождение очередного круга, и нынешний успех всегда накладывает на тебя напряженность сегодняшнего существования, так как надо постоянно думать, как закрепить, подтвердить и повторить этот успех в будущем, - пояснил он. - Надо сочинить новый спектакль, который вновь и вновь будет востребован публикой и в мире".

 

источник http://tass.ru/

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *