«ТВОРЧЕСКИХ ПЛАНОВ — ГРОМАДЬЕ». ИНТЕРВЬЮ С ВЛАДИМИРОМ ВАСИЛЬЕВЫМ — Балет 24

«ТВОРЧЕСКИХ ПЛАНОВ — ГРОМАДЬЕ». ИНТЕРВЬЮ С ВЛАДИМИРОМ ВАСИЛЬЕВЫМ

ИСТОЧНИК: https://tvkultura.ru/

В ближайшее время стартуют съемки третьего сезона телевизионного конкурса «Большой балет». А пока мы дарим всем любителям этого искусства самые запоминающиеся выпуски 2016 года! По субботам с 30 июня (16:05) в эфире нашего телеканала – «БОЛЬШОЙ БАЛЕТ-2016». В составе жюри легендарный Владимир Васильев - народный артист СССР, танцовщик, балетмейстер, хореограф, режиссер, художник, поэт, обладатель высших государственных наград. Наш корреспондент Юлия Зиньковская взяла эксклюзивное интервью у Владимира Васильева.

Ю.З. - Владимир Викторович, Вас, всенародно любимого танцовщика балета, знают во многих странах мира. Вы исполнили практически все ведущие балетные партии. Какую из них Вы назовете поворотной в Вашей судьбе? Почему?

В.В. - За мою творческую жизнь было несколько поворотных партий, и я до сих пор не знаю, какая из них главная. Первой была роль Пана в сцене Вальпургиева ночь из известной оперы Гуно «Фауст». Это совсем небольшая партия, но с нее началась моя сольная карьера в деми-характерном репертуаре: потом были Иванушка, Данила, Базиль, Фрондосо, Батыр, и, пожалуй, Меджнун. Другим поворотным моментом стал Альберт в классической «Жизели», которую мы готовили с Г.С. Улановой. С этой роли начался чисто классический этап в моем исполнительском творчестве. Интересно, что и последняя классическая партия, которую я станцевал в свои 50 лет на сцене Метрополитен-опера в Нью-Йорке, была тоже Альберт в «Жизели». Да и «Ромео», и «Спящая», и «Щелкунчик» были, кажется, не менее важными. И, конечно, героический Спартак. А в «Икаре» я впервые попробовал себя и как балетмейстер, видимо, потому что мне стало тесно только в исполнительском амплуа. За этим последовали и Макбет, и Петр Леонтьевич, и Андрей в «Доме у дороги» и моем фильме «Фуэте», да и другие партии, которые я поставил для себя. В них я выступал в своей новой ипостаси. Работа с Морисом Бежаром и Роланом Пети открыла мне новые горизонты и дала большую свободу во взгляде на искусство хореографии. Вообще, все трудно перечислить.

Ю.З. - Работая над созданием спектакля, Вы всегда очень четко разделяете роль балетмейстера и хореографа. В чем принципиальная разница?

В.В. - Почему же разделяю? По крайней мере, в моем собственном творчестве, я именно соединяю эти две, на мой взгляд, неразрывные ипостаси в работе постановщика спектакля. Хореограф - автор хореографических движений, а балетмейстер - это не только создатель хореографии, но и спектакля в целом. Органичное соединение этих двух начал в создании целостного спектакля для меня очень важно. 

Ю.З. - Вы подарили миру самые разные по форме спектакли. Никогда не боялись брать «непостановочные» произведения, такие как рассказы Платонова, Шукшина. А есть авторы, которых нельзя ставить? За кого никогда бы не взялись?

В.В. - Думаю, нет таких авторов, на которых нельзя было бы ставить. Всегда вопрос нахождения точного музыкального и хореографического соответствия образам и атмосфере произведений этого автора. 

Ю.З. - Многие театральные критики относят русское балетное искусство к веку ХХ-му, считают, что ему никак не удается перешагнуть в следующее столетие. Согласны ли Вы с этим утверждением?

В.В. - А что, все остальное далеко шагнуло, за исключением русского? И кто сказал, что критики - высшая инстанция? Иногда и критики ошибаются. Ничто человеческое им тоже не чуждо. Я считаю, что искусство никогда не стоит на месте. Оно постоянно развивается, и русское искусство не исключение, слава Богу. И даже классика постоянно видоизменяется, просто не так заметно.  

Ю.З. - Вам удалось достичь значительных высот в изобразительном искусстве. Выставки Васильева-живописца проходят в разных городах России. А что Вы забрали с собой из мира балетного в мир статического искусства?

В.В. - У всех видов творчества законы одинаковые - образные решения. Все, что я знаю, вижу и чувствую, и в живописи также стараюсь облечь в образы. Я не раз слышал, как искусствоведы говорят, что моя кисть - «танцующая», что в моих картинах присутствует движение, пластика, хореографичность. Но сам я об этом не думаю, и к этому специально не стремлюсь. Это происходит на каком-то ином уровне, помимо сознания. Так что, может быть, кому-то и в моих живописных работах видятся некие танцевальные образы. 

Ю.З. - Кого бы Вы назвали своим учителем в живописи? На кого равняетесь?

В.В. - И в танце, и в живописи я учился и продолжаю учиться всю жизнь. Как надо и как не надо. У самых разных художников. Моим учителям несть числа. Если говорить о том, кого я люблю и особо выделяю в живописи, то это и Возрождение, и импрессионизм, и наши передвижники, и авангард, да и вообще все замечательные известные и не столь художники, у которых есть для меня главное - образность с множеством полутонов, есть таинство. Плакатность не очень люблю, считаю, что она имеет другое назначение.

Ю.З. - Вас считают своим наставником многие молодые дарования, солисты ведущих театров мира как в России, так и за рубежом. Вами создана балетная школа Большого театра в Жоинвилле. Как изменилось молодое поколение артистов балета? Какие тенденции наблюдаете?

В.В. - Я горжусь тем, что причастен к рождению этой школы «Большой» в Жоинвилле. И для меня она является прямым продолжателем русского классического танца и его замечательных традиций. Ее отличительная черта - современное отделение, на котором учатся новым формам танцевального искусства. И классическое, и современное направления прекрасно дополняют друг друга. Если говорить об общих тенденциях в мире, то средний уровень техники исполнения продолжает расти, обогащаясь новыми движениями и формами их выражения. Коммуникации делают свое дело. На этом фоне все сложнее выглядит появление выдающихся артистов первой величины. Ведь чуть ли не каждая вторая из огромного количества мерцающих звездочек претендует на звание «звезды». Но настоящие звезды, как были, так и остаются исключением. Выход один - постоянно работать над собой, вбирая все лучшее, что тебя окружает, не забывая о главном - музыкальности и выразительности. 

Ю.З. - Вы много лет сотрудничаете с «Россией К», входите в состав жюри одного из приоритетных проектов нашего телеканала «Большой балет». Чем руководствуетесь, когда судите об уже сложившихся артистах? Часто ли пренебрегаете правилами в угоду сердцу?

В.В. - К счастью, с «Культурой» связано многое. Один раз я участвовал и в составе жюри проекта «Большой балет». Руководствовался в оценке, наверное, тем же, чем и остальные - собственными критериями профессиональности танцовщиков и постановщиков, не только их техничности, но и музыкальности, образности, интонационности чувств и эмоций. Что касается сердца, то пока оно находится у меня в согласии с правилами на любом конкурсе. 

Ю.З. - В ближайшее время телеканал «Россия К» начинает сьёмки третьего сезона программы. Что предвкушаете?

В.В. - Как всегда, жду от исполнителей ярких выступлений, а от хореографов - интересных номеров.

Ю.З. - Поделитесь, пожалуйста, Вашими творческими планами. Чего ждать поклонникам разных проявлений Вашего творчества в ближайшее время?

В.В. - Творческих планов - громадье: постановки, выставки, конкурсы и в нашей стране, и за рубежом, юбилей Кати Максимовой в феврале. Но говорить подробно о них раньше времени не стоит, а поклонникам всегда приятны сюрпризы. Поживем - увидим.

7 июля в 16:05 смотрите «БОЛЬШОЙ БАЛЕТ-2016»Из коллекции телеканала «Россия-Культура».

Автор фото: Вадим Шульц

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *