ВЛАДИМИР ВАСИЛЬЕВ: ДУРАЦКАЯ ФРАЗА «Я ТАК ВИЖУ» — ОТ БЕЗНАДЕГИ! — Балет 24

ВЛАДИМИР ВАСИЛЬЕВ: ДУРАЦКАЯ ФРАЗА «Я ТАК ВИЖУ» — ОТ БЕЗНАДЕГИ!

ИСТОЧНИК: https://www.vrn.kp.ru/

На фестивале в Воронеже мэтр рассказал, как относится к переиначиванию классики, современному танцу и кумирам.

В Воронеж на неделю приехал выдающийся танцовщик и хореограф Владимир Васильев. 78-летний мэтр посетил фестиваль, который театр оперы и балета организовал в честь 60-летия творческой деятельности Владимира Викторовича. Показывать есть что: Васильев поставил для Воронежа пять спектаклей. Да и опыт имеется: 50-летие творчества Васильева десять лет назад тоже отмечали в Воронеже - премьерой «Анюты», в которой мэтр танцевал партию отца.

Владимир Викторович очень тепло отозвался о местной труппе, зато посетовал, что здание театра давно перестало напоминать храм, что для артистов ТОБ до сих пор не нашли здание, в котором они будут «квартировать» на время реконструкции театра (по предварительной информации, труппа переедет в ВКЗ).

 

Васильев перед каждым спектаклем фестиваля делится с воронежской публикой интересными фактами из собственной биографии. Например, перед «Золушкой» мэтр рассказал воронежцам, как ему, еще воспитаннику балетного училища, посчастливилось носить на руках саму Галину Уланову, которая в то время исполняла роль Золушки в Большом театре. А также, кто подсказал ему для собственной версии «Золушки» для Кремлевского балета станцевать самому роль Мачехи.

- Я долго хотел поставить «Золушку», но не мог придумать какой-то необычный ход. А моя супруга, балерина Екатерина Максимова предложила: «А давай ты станцуешь Мачеху!» Мне очень понравилась эта мысль! Максимова стала первой исполнительницей Золушкой в моем балете, хотя ей в то время было уже за 50! - отметил балетмейстер. - А как нам повезло с костюмами. Когда мы начали работать над спектаклем, знакомый в Париже привел меня в модный дом Нины Риччи. Я надеялся, что может быть, французы сошьют нам хотя бы пару костюмов - для Золушки и Принца на балу. Но им так понравилась идея, что они бесплатно сделали нам все костюмы, включая бусы, короны и аксессуары. Мне потом сказали, что модному дому это обошлось в миллион долларов! Это было счастье. А дирижировал у нас на премьере Михаил Плетнев со своим оркестром.

Перед стартом фестиваля «Комсомолка» поговорила с мэтром о классике, современном танце и кумирах.

КАТЕГОРИЧЕСКИ ПРОТИВ ПРЕВРАЩЕНИЯ ТЕАТРА В МУЗЕЙ

- Владимир Викторович, как вы относитесь к переиначиванию классики современными режиссерами? Стоит адаптировать классику для молодежи? - поинтересовалась "Комсомолка" у мэтра.

- Я с юношеских лет считаю, что классика на то и классика, что она во все времена актуальна. Но, конечно, важно, как ее делать, как играть. Превращать театр в музей - я против категорически. Каждое поколение говорит на своем языке, не так как предыдущее. Даже я сам по себе знаю: сейчас моя речь другая, чем была 50 лет тому назад. Но есть литературный источник, и надо сделать так, чтобы и сейчас произведение тронуло зрителя так, как и в свое время. Как это сделать? Задача одна: наше условное искусство сделать безусловным для зрителя. Это вопрос вкуса, образования, таланта режиссера. Я категорически против дурацкого утверждения «Я так вижу» - это от безнадеги. Ну и смотри для себя. Но если ты делаешь это для других, а классика хороша тем, что она для всех - и для тех, кто много прочитал, и тех, кто совсем не читал, незачем переиначивать. Это такая мода сейчас. Увидеть «Пиковую даму» в реалиях концлагеря. Ну глупость. Трудно сделать сейчас «Пиковую даму», время нужно передать тоже. Когда мы те времена в сегодняшнее время переносим, отсюда появляется несуразность текстов, которые поют певцы. В балете-то, слава богу, без слов. Ну не может Татьяна полуголая стоять на столе - другое воспитание, другая атмосфера, в итоге получается неправда, бог знает что. Может она красивая девушка с потрясающей фигурой и играет хорошо, но есть вещи, которые глупо получаются. И такое сплошь и рядом. Этот примитив идет от недостатка образования. Переодел артиста в брючки-джинсы с дырками - вроде новый герой - вот какой Хозе современный… Это как с мультяшками. За границей в восторге от мультика «Маша и медведь». А я вижу: Маша - хамка. У меня с моим воспитанием в голове не укладывается. А вот детям нравится, они в восторге. Может, я не понимаю. А вот зато мне понравился австралийский «Щелкунчик». Интересная версия. Я-то воспитан на спектакле Вайонена, и постановка Григоровича мне нравится. Я не думал, что можно так перевернуть, и чтобы хорошо получилось. Я пришел в восторг. Музыка осталась прежняя. А сюжет: каждое рождество старенькая Маша, проработавшая в балете, собирается с друзьями. Потом все расходятся, она засыпает и вспоминает свое прошлое. До революции. А акт с мышами как раз символизирует ее. Бой красной мышиной и белой армии. Там убивают ее возлюбленного кадета… Я ловил себя на мысли, как подходит музыка, будто Чайковский именно об этом и писал. Вот что такое классика. В этом спектакле все оправданно, логично. Все можно - вопрос как.

Владимир Васильев в Воронеже. Фото: Татьяна ПОДЪЯБЛОНСКАЯ

Владимир Васильев в Воронеже. Фото: ТАТЬЯНА ПОДЪЯБЛОНСКАЯ

 

СКАНДАЛ ПРИВЛЕКАЕТ

- Как продвинуть спектакль?

- Все зависит от журналистов. Не от критики. Она странноватая была, есть и будет. Глубоких критиков раз-два и обчелся. Их по пальцам пересчитать, и не они вершат судьбы. Меня раздражает только то, что порой на пьедестал возводятся те произведения, о которых можно промолчать. А люди, которые приходят на спектакль, не всегда понимают, хлопают, воспитанные потому что. Думают: может, я чего-то не понимаю, может, я не дорос. В общем, надо делать хорошие спектакли, чтобы публика понимала, зачем мы вышли на сцену… Ну еще скандал привлекает. Когда к вам на Платоновский фестиваль эстонцы приехали голые - я же помню, какой был скандал. На другой день на тот спектакль больше зрителей пришло.

 

- Слышали про нынешний скандал в культурной сфере: сняли комедию про блокаду, это укладывается в ваше сознание?

- Я считаю, пока фильм не вышел, не надо об этом говорить. Столько раз меня обманывали. Говорили, что там есть вот это, это, это, а смотрю - этого всего и нет. Вот когда посмотрю фильм, отвечу. Но в принципе, есть вещи святые. Я помню, приехал в Ленинград в 1948-м, я видел эти руины, Петергофбыл весь разрушен. Видел людей. Это такое горе. Так страшно. В каком-то большом романе об этом могут быть симпатичные юмористичные картинки, но не должно быть нахального сарказма… В общем, давайте подождем выхода фильма. А то сейчас начнут на депутатскую комиссию выносить, чтобы запретить - ничего хуже нельзя придумать, запрещать – значит, проявить еще больший интерес огромного количества людей. «Матильду» ругали, интерес был огромный, я посмотрел - ничего хорошего.

 

- А как вам скандал с балетом про Нуриева? Вы его смотрели?

- Не смотрел. Не хочется даже идти. Всегда есть разочарование, когда ты хорошо знаешь человека. Я его хорошо знал, встречался с ним и у нас, и за границей. Это человек очень противоречивый. И талантливый. Самый яркий пример для подражания был за границей. Но ореол мученика к нему не имеет никакого отношения. Такое, мне кажется, ужасное вранье. Да, остался там, потому что здесь не мог, здесь не было друзей. Там жил прекрасно, доминировал на этом поприще… А что памятник ставят ему - это хорошо, для башкирского и татарского народа он герой, их достояние. Но я - за правду.

ЗАЛОГ УСПЕХА СОВРЕМЕННОГО ТАНЦА В ХОРОШЕЙ МУЗЫКЕ

- В нашей стране не все понимают современный танец. В вашем проекте «Мастерская Владимира Васильева» для Платоновского фестиваля, вам удалось положить начало интереса к хорошему современному танцу.

- Мы специально берем молодых хореографов, своих, не западных. А то почему-то мы вечно своих ругаем, а западным плохим артистам кланяемся, расстилаем перед ними красную дорожку. А там чаще всего смотреть нечего: упражнения-упражнения не больше. Не понимают зачем, почему и как… Кстати, после Платоновского фестиваля мы начали делать мастерскую в разных городах – ставили номера по творчеству ШукшинаГоголяТолстого. Всеобщий недостаток для современного танца какой? Важно, какую музыку берут молодые хореографы. Музыка определяет все. А в большинстве своем в современной музыке нет мелодики. А именно в мелодике раскрывается тема.

- На конкурсе «Арабеск» побеждали корейские танцовщики. А наша школа на каком уровне?

- На высоком. Китайцы и корейцы побеждают, но они показывают русский стиль. Все с душой, все одухотворено. Как хорошо, что русская школа свои семена разбросала так далеко. Это наш большой подарок миру. В Китае в 1959 еще не знали о таком искусстве, не знали, как реагировать.

 

Я О СЕБЕ ВЫСОКОГО МНЕНИЯ, А ИДОЛОПОКЛОНСТВО ТЕРПЕТЬ НЕ МОГУ

- Что самое необычное было в вашей карьере?

- Я не был зациклен только на балете. Меня всегда волновала литература, музыка, живопись. Хотелось себя попробовать в каждом из направлений. Это расширяло и мое главное профессиональное творчество. Может, в этом и везение, что много интересов… И сейчас их много - живопись, литература. Писательницу Гузель Яхину для себя открыл. Она меня так взволновала.

- Вы хотели бы, чтобы поставили балет о вас?

- Нет. Иначе сделал бы. Каждый хороший актер, я себя таким считаю, трагичен. Очень много вопросов к себе, много непознанного. И желание сделать больше того, что ты делаешь. Я о себе высокого мнения. Думаешь: я еще сделаю. А получается опять не то, что я думал. Но еще есть время… А для балета же надо найти такого балетмейстера, который будет также к творчеству относиться, как я. А идолопоклонство я терпеть не могу.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *