ЛЕД ТРОНУЛСЯ, ГОСПОДА ПРИСЯЖНЫЕ ЗАСЕДАТЕЛИ! БОЛЬШОЙ БАЛЕТ 2018, выпуск 3. МНЕНИЕ ЗРИТЕЛЯ — Балет 24

ЛЕД ТРОНУЛСЯ, ГОСПОДА ПРИСЯЖНЫЕ ЗАСЕДАТЕЛИ! БОЛЬШОЙ БАЛЕТ 2018, выпуск 3. МНЕНИЕ ЗРИТЕЛЯ

ИСТОЧНИК: https://www.facebook.com/

 

ИРИНА МИЛЮТИНА
Бог любит троицу, на третий день телешоу господа члены жюри, сплошь мировые и знаменитые, наконец-то разглядели, что у их московской протеже из МАМТа Ксении Шевцовой есть конкуренты на далекой периферии! Произошло это аккурат после того, как из жюри чудесным образом исчез худрук Шевцовой Лоран Илер. Вот ведь удивительно! На его место "с корабля на бал" заступил Азарий Плисецкий, который тут же разглядел в провинциальных девушках столичную чистоту танца. А также стиль, образность, верность традициям, эмоциональность и прочие-прочие достоинства. А вместе с ним то же самое дружно разглядели остальные "присяжные заседатели", которые были в предыдущие дни ух как строги ко всем "нешевцовым"!

Первым номером Джулиан Маккей сплясал вариацию Раба из "Корсара". Кто только этого самого Раба не плясал! И Маккей тоже решил сплясать до кучи. Само по себе это похвально, если есть какая-то идея: зачем Раб? почему Раб? почему не Конрад? Хотя у многих современных артистов что Раб, что Конрад - всё одно. Одна дуда! В такой затанцованной вариации нужно или рвать, или не исполнять ее вовсе. Маккей исполнил, но не порвал. Всё было чистенько, изящно, но без "фишечки" (как потом в адрес других участников выразился Тоомас Эдур). Даже ассамбле Маккея в финале мне показались одинарными (наверное, насмотрелась мужского фигурного катания). Потом на повторе было видно, что они двойные, даже скорее полуторные. Судьи в фигурном катании могли бы засчитать Маккею "недокрут". Балетное жюри, наверное, тоже так посчитало и дружно снизило свои оценки на один балл, выставив "девятки".

Затем выступила многострадальная пара из Новосибирска Ксения Захарова и Николай Мальцев. Многострадальная - потому что милая Ксения много страдает и льет слезы из-за низких оценок жюри. Из-за того, что плохо танцует, она слез не льет, а вот из-за жюри плачет много. Мне кажется, в этом виноват ее педагог, который нагружает девушку непосильными вариациями. Причем сам это сознает, сам об этом говорит с экрана телевизора, но всё равно нагружает. Мне это странно, ведь чудеса не происходят из пустоты, чудеса, как мы знаем, нужно делать своими руками. Балерины должны его делать своими ногами, а если ноги не готовы к чудесам? Значит, нужно их готовить постепенно, "мал по малу", как пела Алла Борисовна. "Но ты нервничать не стал, мал по малу ты привыкал". Педагог же Ксении Захаровой заставляет ее сильно нервничать. Девушка трогательная, очень красивая, розовая пачка ей очень к лицу - просто фарфоровая статуэтка. Но с техникой пока большие проблемы, они же не испарятся сами собой по желанию педагога! Эдур посоветовал ей "потяжелеть". "Мысль интересная", - как говорили Ширвиндт и Державин. Вот только он не уточнил: насколько? А это важно, ведь не ему же ее таскать (потяжелевшую), но партнерам.

Николай Мальцев исполнил вариацию Ланкедема из "Корсара" (в Большом театре она числится за невольником) в облегченном варианте. Можно посмотреть запись "Корсара" 2012 года с Лопатиным, а еще лучше запись 2007 года с 18-летним Иваном Васильевым. В серединной части, между кабриолью и большим пируэтом, они прыгали антраша, чего Мальцев не сделал, встав на колено. Финальную серию прыжков вперед к авансцене они выполняли с поджатыми ногами (как это делал Васильев - с ума сойти!), чего у Мальцева не наблюдалось. Однако члены жюри очень его похвалили за то, что у него "глаз горит".

Глаз у Николая и правда загорелся - на само жюри, причем недобрым огнем, после того, как бедная Ксения рядом с ним поникла после своих "шестерок". Я даже испугалась, что миром дело не закончится, и новосибирский парень рванется выяснять отношения с обидчиками. Но рассудок торговца Ланкедема, которого он только что исполнял, видимо, сделал своё дело, и молодой человек смиренно удалился за кулисы утешать свою подругу.

Пара из Чехии Радка Приходова и Адам Звонар выглядит инородным телом среди участников шоу. Это совершенно другая лига. Я могу воспринимать их участие лишь как реверанс в сторону бывшего союзника нашей страны по соцлагерю. Их уровень очень низок и стремится к самодеятельности. Радку как-то спасает ее природная стать и красота, о которых только и приходится рассказывать членам жюри, чтобы как-то оправдать неоправданно высокие оценки. Фея Сирени, конечно, очень подходит к ее внешности, но смотреть на ее старания не доставляло удовольствия. На Адама Звонара в партии Колена из "Тщетной предосторожности" смотреть было вовсе невозможно после блистательных исполнений, виденных ранее.

Затем настал черед фаворитов Ксении Шевцовой и Дмитрия Соболевского. Первым "блеснул" своим Базилем Соболевский. "Ты выходишь и ты взрываешься!" - так сам себя оценил Соболевский. Сам себя не похвалишь - никто не похвалит! Однако Соболевского похвалил не только он сам, но и его педагог Георги Смилевски: "Сильная сторона Димы - это техника!" Вот уж воистину: каждый видит то, что хочет видеть. Жюри выставило Соболевскому "девятки", кто-то даже поставил "десятку", на что смотреть было неловко. Неужели члены жюри никогда не видели "Дон Кихота"?

"Взрыв" у Соболевского производился в основном не ногами, а торжественными махами рук вверх - "звук победы, раздавайся!" Ноги же стояли больше, чем танцевали. Помимо этого они выполнили слабенькие пируэты и невнятный круг жете. На финальных музыкальных аккордах вместо верхнего "до" Соболевский даже "петуха" не взял. Постоял и встал на коленку. Это вот и есть "взрыв"? Это и есть "техника"? Это премьер МАМТа? А когда-то там Михаил Крапивин танцевал! Маккей со своим Рабом сразу взлетел на нереальную высоту.

Ксении Шевцовой было позволено больше, чем другим, она танцевала свою вариацию не одна, а в антураже двух партнеров. Да и сама вариация представляла собой сцену из драмбалета "Манон", а не классику в пачке, где за стрельбой глазами не спрячешься. "Пачка" не ее конек, что она продемонстрировала накануне в па де де Обера, видимо, поэтому Ксения решила не рисковать.

Ее актерский диапазон пока выглядит весьма однообразным: что Мария Вечера, что Манон у Шевцовой получились на одно хищноватое лицо. Сочетание ангела и дьявола в одном "флаконе" ей не удается, ее Манон выглядит вульгарной девицей без флера недоступности. Рядом вела передачу Светлана Захарова, недавно танцевавшая Манон в Скала. Она возмутилась словом "бордель" от одного из членов жюри и поправила его на "салон". Однако применительно к Манон-Шевцовой слово "бордель" выглядит более, чем уместно.

Ей, конечно, выставили "десятки", наговорили комплиментов, но главное ждало впереди - Шевцову впервые за время шоу низвели до уровня остальных. Или остальных повысили до ее уровня.

Следом выступила пара из Красноярска Елена Свинко и Георгий Болсуновский. Свинко исполнила вариацию из "Сатаниллы" по высшему классу, ее ноги, которые не были задрапированы длинной юбкой и каждое их движение просматривалось будто под микроскопом, выделывали абсолютно устойчивые и четкие па. Сама Елена в черном с золотом платье гораздо более подходила к партии Манон, которую перед ней танцевала Шевцова, чем мамтовская прима. Потому что в ее чистом прекрасном лице, обрамленном гладкими темными волосами, была загадка. Как точно сказала Людмила Семеняка: "Оставшись без маски, Вы всё равно сумели ее сохранить". Когда в актрисе есть тайна - это дорогого стоит. В Елене чувствуется глубина, душевный омут, в который хочется нырнуть, чтобы узнать, кто там: ангел или дьявол? В ее облике столько изящества, грации, внутреннего достоинства, утонченности, что от нее невозможно оторвать глаз. Хочется смотреть и смотреть! Это называется "магией".

Свинко явилась первой участницей, которая пробила "шевцовую" оборону жюри и получила "десятку". Причем от всех четырех его членов сразу. Лед тронулся! Первопроходцем явился Азарий Михайлович, но все другие члены жюри как-то очень радостно за ним последовали. Словно наконец-то вырвались на свободу!

Номер Георгия Болсуновского на знаменитую арию Хозе с цветком не вызвал у меня восторга. Хореографу не удалось (по крайней мере, в варианте для телешоу с фонограммой) совместить танцовщика и певца. Каждый был сам по себе: отдельно фонограмма, отдельно танцовщик, который бегал по площадке с вытаращенными глазами и очень мало танцевал. Мне постановка показалась очень примитивной после всего, что поставлено на эту музыку в балете и в спорте. А рука, засунутая в рот для изображения любовного амока, вызвала неприятные физические ощущения. Прием, часто используемый Поклитару, здесь показался мне фальшивым и никак не усилил сопереживание герою.

Сам Болсуновский был вполне на месте в партии простого деревенского парня, внезапно захваченного чувством, но постановка подталкивала его к аффектации, плакатным страстям. Особенно это резало глаз на крупном телевизионном плане. Не думаю, что это была удачная затея его руководителя, которую поддержал сам Георгий, поскольку неудачная постановка рикошетом бьет по исполнителю.

Но что меня неприятно поразило: после более низких оценок, чем у партнерши, отважный Актеон, бесстрашный Спартак и влюбленный Хозе бросил свою партнершу за кулисами и исчез в переживаниях о собственной малооцененной доле. Вот те раз! Вот те герой! Педагоги обнимали-поздравляли прекрасную Елену с успехом, но не уязвленный партнер. Я бы на месте Елены обратила внимание на какого-то другого мальчика в театре: если партнер бросил ее в такой ерундовый момент, то в более тяжелый бросит точно.

Японка Мики Нисигути, танцующая в Екатеринбурге, покорила вариацией из "Пахиты". Совершенная статуэтка в желто-черной пачке выделывала филигранные па, просто любо-дорого смотреть! Сплошное наслаждение. Концовку действительно выполнила иначе, но, возможно, у них в театре такая редакция? Однако моментально переделала ее без музыки по просьбе Малахова - и замечательно переделала! Малахов был явно покорен, хотя поставил "девятку". Однако Семеняка с Плисецким вновь расщедрились на "десятки", подтвердив наступившую оттепель.

Партнер Нисигути Алексей Селиверстов станцевал вариацию из "Наяды и рыбака", однако пока его репертуар однообразен и ограничивается мелкой техникой. Возможно, он ею замечательно владеет, но хочется увидеть его диапазон. Способен ли он на иной репертуар, на Дезире, Альберта и прочих классических героев? Пока ответа на этот вопрос нет, а его индивидуальность не обладает притягательностью. Показали - посмотрела, не посмотрела бы - ничего не потеряла.

Финалила третий день моя любимая бразильская пара Аманда Гомес и Вагнер Корвальё. Вернее, любимая Аманда и ее прекрасный партнер. Финал программы доказал, что члены жюри - тоже люди. Как ни говори: "балет - не спорт, не цирк и не трюк", а прыжок в кольцо всегда найдет путь к сердцу самого сурового и самого народного артиста. Танцевала Аманда Аврору - жюри было непроницаемо, танцевала Джульетту - то же самое. Как не люби, не мучайся и не страдай! А вышла Лауренсией - прыг в кольцо! - и результат налицо: члены жюри повержены и хором ставят "десятки".

Удивительное сияние исходит от этой девочки, редкое сияние прекрасной души! Это она танцует - ее душа! Она летает, кружится и радуется. В танце Аманды не видно никакого насилия над собой, натужности, лишь радость танца: "Я танцевать хочу до самого утра!" Конечно, Аманда - не Плисецкая. А кто Плисецкая? Плисецкая была единственной и неповторимой. Однако Аманда вышла такой прекрасной в этом белом платье! Счастливой невестой, сияющей от любви. Эта счастливая энергетика передавалась через экран, а ее танец ликовал вместе с ней.

Вагнер Корвальё замечательно станцевал Актеона. Я, правда, не увидела в нем Чабукиани. Да и не видела ни одной съемки Вахтанга Михайловича в Актеоне (есть ли они?). Корвальё не делал в финальной диагонали с падением на колено прогибов назад, как делал Владимиров. С прогибами у нынешних Актеонов вообще туговато. Однако у Вагнера в танце была та самая бравура - легкость, азарт, стремительность, заразительность танца - которая подобна витамину С. Она передается зрителям и поступает им в кровь, заставляя улыбаться и радоваться жизни. У него совершенно не чувствовалось напряжения в танце, силового преодоления, лишь легкость и удовольствие от танца, как и у его партнерши.

Члены жюри окончательно "поплыли". Даже Малахов, желающий слыть самым беспощадным "присяжным", махнул рукой и поставил обоим танцовщикам "десятки". Ликование было всеобщим: партнеры обнимались от счастья, их педагоги восклицали: "Казань лучшая!", тоже обнимаясь вместе с учениками. члены жюри расслабились с чувством выполненного долга и долгожданной справедливости. Я, как зритель, всплакнула у телевизора при виде всеобщего счастья.

Много ли нам, зрителям, надо? Чтобы артисты тронули наши сердца, а мы ответили им взаимностью, лед между нами исчез. И любые "присяжные заседатели" превратились из судей в зрителей.

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *