«БРАМС/БАЛАНЧИН»: ПРЕМЬЕРА В ГАМБУРГЕ — Балет 24

«БРАМС/БАЛАНЧИН»: ПРЕМЬЕРА В ГАМБУРГЕ

ИСТОЧНИК: http://www.belcanto.ru/

Ольга Борщева

9 декабря в Гамбурге под общим названием «Брамс/Баланчин» представили два балета Джорджа Баланчина, поставленных на музыку Иоганнеса Брамса: «Песни любви – вальсы» в первом отделении и «Брамс-Шёнберг квартет» во втором.

С точки зрения Джона Ноймайра, выраженной в сопровождающем премьеру интервью, оба выбранных для постановки балета идеально подходят для гамбургской сцены. Иоганнес Брамс родился в Гамбурге; здесь же в 1861 году прошла и мировая премьера фортепианного квартета № 1 (g-moll), в 1937 году оркестрованного Арнольдом Шёнбергом; партию фортепиано тогда исполнила Клара Шуман. Джон Ноймайер отмечает и такую параллель: Брамс написал этот квартет в Хамме – сегодня это район Гамбурга, где располагается Гамбургская балетная школа.

«Сочетая „Песни любви – вальсы“ и „Брамс-Шёнберг квартет“, я объединяю традиции Гамбурга как города Брамса с традицией показывать здесь, в Гамбурге, балеты Джорджа Баланчина. В 1962 году Рольфу Либерману даже удалось заполучить Баланчина и Игоря Стравинского в Гамбург на официальные празднования восьмидесятилетия композитора (Стравинского — прим. О.Б). Я всегда видел свою задачу как руководителя Гамбургского балета в том, чтобы продолжать эти традции», — поясняет Джон Ноймайер.

Как известно, балеты Джорджа Баланчина, включая их сценографическое оформление, защищает Фонд Баланчина (Balanchine Trust), выдающий определенным труппам разрешение на постановки и следящий за их качеством. Гамбургские артисты танцевали в костюмах, придуманных Варварой Каринской в 1960 и 1966 гг. для премьерных показов в Нью-Йорке, но для гамбургской сцены были разработаны новые декорации, их автор — Хайнрих Трёгор.

В «Песнях любви – вальсах» декорация представляет собой аристократический салон. Этот балет интимного характера для Джона Ноймайера является одним из самых выдающихся произведений балетного искусства: «Среди всех работ Баланчина „Песни любви – вальсы“ занимают особое место. Это подлинная драгоценность — нежная, деликатная и утонченная. … Пока длится первый вальсовый цикл, мы видим четыре пары со стороны. Мы наблюдаем за парами во время танца, в котором движение приобретает невероятно рафинированные формы, оставаясь в рамках сравнительно простой модели венских вальсов. Пары весьма утонченно взаимодействуют друг с другом, влияют друг на друга. После короткой паузы, мы, что называется, вживаемся во внутренний мир этих четырёх пар, словно заглядываем в глубинные слои человеческих взаимоотношений. Я нахожу эту идею очень современной». Или, как Ноймайер говорит в другом интервью, «в первой части танцуют реальные люди, во второй – их души».

Тем не менее, сложилось ощущение, что реальные женщины танцуют в бальных платьях, а спиритуальные – в пуантах, и исключительно с этим связана основная разница между внешним и внутренним. В обоих частях довольно однообразная, хотя и изысканнная, любовная идиллия, лёгкое кокетство, немного светлой манерной грусти. В начале второй части на синем небе зажглись звезды, на этом фоне отпечатались замершие тени танцующих.

Балет поставлен Баланчиным на музыку сочинений «Песни любви – вальсы», op. 52 и «Новые песни любви – вальсы», op. 65. Песни написаны на стихи Фридриха Даумера и Иоганна Вольфганга Гёте. Их исполнили Мари-Софи Поллак (cопрано), Георг Поплутц (тенор), Софи Хармзен (альт), Беньямин Аппль (баритон). На фортепиано им аккомпанировали Мариана Попова и Буркхард Керинг.

Симфонический балет-дивертисмент «Брамс-Шёнберг квартет» состоит из четырех несвязанных между собой частей. Первые три – абстрактно-геометрические, и там хотелось увидеть больше механической синхронности, как раз и сообщающей балетам Баланчина их особеную красоту. Последняя часть — Rondo alla Zingarese — представляет собой вариацию на тему венгерского чардаша. По сцене летала, с развивающимися лентами, весёлая Мадока Сугаи, Карен Азатян в красных сапожках старался не отставать. Дирижировал Маркус Летинен, подаривший возможность прочувствовать, насколько угловато-современной, материальной и заострённой является оркестровка Шёнберга.

В интервью Джон Ноймайер рассказывает и о том, за что особенно любит балеты Баланчина: «Баланчин был хореографом, создающим „чистый танец“. Он не был „хореографом-повествователем“, то есть, не рассказывал в своих балетах историй. Самым важным для него было передать радость от чистого танца. Обычно балет Баланчина длится двадцать или двадцать пять минут, и на протяжении этого времени можно забыть обо всем вокруг и наслаждаться красотой и гармонией между тем, что видишь, и тем, что слышишь». Так оно и есть, и балеты эти прекрасны, но, в то же время, хорошо, если рядом есть, кому разбудить.

Рецензируемый спектакль состоялся 16 декабря 2018 года.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *