С иконой Карла Маркса и эротикой. Почему все в восторге от балета «За двумя зайцами» — Балет 24

С иконой Карла Маркса и эротикой. Почему все в восторге от балета «За двумя зайцами»

В Национальную оперу Украины потянулись и те, кто к балету равнодушен, — премьера осени «За двумя зайцами» выбивается из привычного представления об искусстве на пуантах. На сцене — микс современной хореографии с элементами американских мюзиклов и песенной классики: от «Канареечки» до «Ніч яка місячна». Довольно смелый подбор декораций: на подмостках — муляж свиньи, деревенский туалет и икона Карла Маркса.

Идея перевести пьесу «За двумя зайцами» на язык хореографии принадлежит балерине Нацоперы Татьяне Андреевой. Она же сыграла и главную героиню — Проню Сирко.

— Балет «За двумя зайцами» убил сразу двух зайцев. Во-первых, возобновили интерес к произведению Михаила Старицкого, откуда вы «удалили» кузнеца — жениха Гали и состарили Голохвастова. Во-вторых, усадили в зрительские кресла абсолютно далеких от балета людей. Как вам это удалось?

— Три года назад погожим весенним днем, когда я шла по Ярославому Валу в Нацоперу, в голову пришла мысль: а почему бы такое культовое произведение, как «За двумя зайцами», не перевести на язык балета? Причем сохранив и дух того времени, и использовав современные находки. Например, американские мюзиклы, к которым я всегда тяготела. Хорошо было и то, что балет «По зайцам» ставился впервые, значит сравнивать не с чем. Что касается интереса к пьесе Старицкого, не могу судить.

Но я заметила другое. На допремьерном спектакле было много одноклассников моей 17-летней дочери. Половина из них не видели фильм 1961 года с Маргаритой Криницыной и Олегом Борисовым. Они в антракте залезли в свои смартфоны и стали искать по Сети: что за Голохвастов, что за Проня? Наш спектакль так их зацепил, что они заинтересовались картиной.

— Татьяна, а чем вам не угодил кузнец — жених Гали, что его нет в либретто?

— Мы взяли за основу не пьесу «За двумя зайцами», а более раннюю — «На Кожемяках» Нечуй-Левицкого, которую потом модернизировал Старицкий. В первоисточнике — любовный треугольник: Галя — Проня — Свирид, никакого кузнеца нет.

— Откуда взялась идея вывести на сцену двух Голохвастовых — молодого и седого?

— Для меня фильм «За двумя зайцами» никак не заканчивался: бросили Свирида на мостовую и что? Интересно же, что с ним было дальше? Так он стал тапером, по сути, оставшись один у разбитого корыта. В нашем спектакле он как бы смотрит на себя со стороны спустя годы. Где-то понимает, что предал одну девушку, другую, словом, что строил, то и получил. Но в финале все опять пляшут. Голохвастов ведь еще и прожигатель жизни, который всегда был готов устроить праздник. И это тоже очень по-киевски.

— Давайте поговорим о Проне Прокоповне. Взявшись за эту роль, вы не боялись, что станете заложницей этого образа, как в свое время Маргарита Криницына?

— У меня много было ролей. Из крупных — Солоха по Гоголю. Солоха меня не съела и Проня, даст Бог, тоже.

— Фильм с Криницыной и мюзикл с Пугачевой смотрели, перед тем как создать свою Проню?

 — Смотрела. Обе Прони понравились. Но каждая воплощала какую-то свою личную историю. Однако если Проню Маргариты Криницыной — жаль, то Проне Аллы Пугачевой не очень-то веришь. Наверное, потому, что Пугачева, как певица, остается собой. Она уж больно матерая. Это больше поп-спектакль, мюзикл. У нее в финале нет трагедии, а так — просто сорвалась какая-то интрижка. А если сравнивать образ, который воплотила Криницына, то моя Проня менее агрессивна.

— И очень романтичная. Ей даже снятся эротические сны.

— Она откровенна, но не вульгарна. Проня заслужила свой эротический сон. Мне, кстати, предлагали зуб замазать, нос приподнять — я отказалась. Все постаралась передать с помощью гротескной пластики. Именно такую пластику я внесла под влиянием диснеевских мультфильмов. Я когда со своими детьми смотрела их уже раз по 150, обратила внимание на этот нюанс.

— А кто придумал благословлять молодых иконой Карла Маркса?

— Икона изначально должна была быть просто бутафорской. Но однажды на репетиции появилась картина с изображением Маркса, с торчащими бородой и усами — и все упали со смеху.

— В балете много дерзких решений: танцовщики в заячьих ушках, бутафорская свинья, деревенский туалет на сцене. Небось, с ним были проблемы?

— Да, были возгласы в худсовете: «Как может быть туалет на сцене Национальной оперы?» Я не считаю здесь ничего зазорного. Однако, когда мы заявили, что он быстро трансформируется в цирюльню, недовольные голоса смолкли. Кстати, идея выгонять из туалета человека с газетой пришла в голову исполнителю партии Голохвастова — Ярославу Ткачуку. Каждый привносил что-то свое, креативное в этот проект.

— Есть идея, какую еще классику вы можете перевести на язык танца?

— Это должна быть история, которая всех волнует. И 50 процентов успеха — это музыка. Есть такой кандидат — это «Тени забытых предков». Там совершенно обалденная музыка, написанная для фильма Михаилом Скориком. На ее основе он создал сюиту, и это может стать фундаментом будущего балета.

Источник: https://vesti-ukr.com

Сохранить

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *