БЕНУА ДЕ ЛА РОГОЖИН. Большой театр, Гала-концерт «Бенуа». 22 мая. Мнение зрителя — Балет 24

БЕНУА ДЕ ЛА РОГОЖИН. Большой театр, Гала-концерт «Бенуа». 22 мая. Мнение зрителя

ИСТОЧНИК: https://www.facebook.com/

ИРИНА МИЛЮТИНА

Прошедший накануне заключительный концерт "Бенуа" не сулил откровений, два отделения ехали друг за другом ни шатко ни валко, в основном топчась на месте. Однако открытие все же состоялось почти в финале вечера. В моей личной тройке призеров прошедшего Гала первое место с огромным отрывом от остальных участников заняли Ольга Смирнова и Валерий Суанов. Они исполнили дуэт Настасьи Филипповны и Парфена Рогожина в постановке Анжелики Холиной - Смирнова в пылающем красном платье, Суанов в черном пальто и сапогах - и совершенно потрясли зрительный зал.

Номер значился в программке "мировой премьерой", партнером Смирновой должен был стать Денис Савин, но, к счастью, на концерте произошла замена партнера. К счастью, потому что Валерий Суанов, объявленный "хореографом филиала Мариинского театра во Владикавказе", был невероятен! Рогожин во плоти! Жалкий и неистовый, страшный и пронзающий душу, жестокий и нежный, безумный и переполненный любовью. Магический артист! Сильнейший, громадного темперамента и глубокого нутра! От их дуэта со Смирновой летели искры в разные стороны, захватывало дух, Федор Михайлович Достоевский во всей необузданности и трагизме страстей своих героев оживал на наших глазах. Когда Суанов-Рогожин завертывал мертвое тело Настасьи Филипповны в своё черное пальто, душа переполнялась состраданием к этому человеку.

Номеру предшествовало еще несколько постановок от Холиной - сцены из "Пиковой дамы", "Отелло" и "Анны Карениной". Гала вообще имел холинско-ноймайеровскую направленность и воспринимался достаточно унылым и однообразным, однако сцена гибели Настасьи Филипповны покрыла собой его скуку. Она взорвала его, подожгла его финал, сделала событием. Не люблю в балете никаких криков и стонов, считаю, что движение способно выразить любые страсти без голосовых "подпорок", однако предсмертные рыдания Настасьи Филипповны и звериные крики Рогожина не смогли испортить впечатления от постановки.

Ольга Смирнова предстала абсолютной Настасьей Филипповной во всей ее обреченности, во всем трагизме и гибельной красоте. Она желала смерти, она была переполнена безысходностью и одновременной жаждой любви. Любви, которая была для нее невозможна. Невероятная Ольга! Каждое ее движение кричало о душе раненой и истекающей кровью, о душе, существующей в постоянной пытке, прекратить которую может только смерть. Рогожинский нож был ее спасением и приговором, она цеплялась слабеющими руками за его спину, надеясь на чудо.

Вот это постановка для Большого театра! Это великая литература, большие характеры, большие чувства, это роли, за которыми выстроятся в очередь артисты! Как хочется новых масштабных спектаклей на его сцене, возрождения традиций великого советского балета! Вспомнился недавний "Арабеск" в Перми и работы молодых ребят по творчеству Льва Толстого. Сколько у них было оригинальных идей и фантазии! Но никому из них Большой театр не дал ни единого шанса проявить себя на его сцене, как его дали когда-то молодому Юрию Григоровичу в Кировском театре. К прискорбию, руководство Большого равнодушно к поиску отечественных хореографов, невостребованные молодые таланты исчезают в небытии, без возможностей для творческого развития. Там же остаются масштабные темы, большая литература. Вместо этого Урин с Вазиевым занимаются очередным вспоможением Ратманскому и Клюгу за счет отечественных налогоплательщиков, выбрасывая деньги на ветер. Вернее - на бессмысленные перелицовки того, что уже поставлено. У нас есть две редакции "Жизели", но нужна третья. Дать подработку Ратманскому, пребывающему в творческой импотенции. Тогда как Достоевский, Толстой, Тургенев, Пушкин, Лермонтов ждут и не дождутся своего воплощения на сцене Большого театра.

Второе место в моем гала-табеле занял танцовщик из Нидерландов Даниэль Камарго с номером "Огнедышащий" в постановке К.Козельской. Изящный молодой человек в черных брюках с обнаженным верхом продемонстрировал не только впечатляющий торс и мускулатуру, но и ритм, скорость, темперамент. Его номер не блистал особой оригинальностью, однако выгодно отличался от большинства бесконечных монотонных дуэтов. Танцовщик выступил вторым номером во втором отделении и взбодрил публику, изрядно поредевшую после первого отедения.

Третье гала-место я отдаю своему любимцу Денису Родькину, который тоже порадовал публику обнаженным торсом. "Танец блаженных душ" в хореографии Ф.Аштона на знаменитую мелодию К.В. Глюка всегда производит на меня довольно блеклое впечатление, трудно сказать, почему Денис остановил на нем свой выбор? Конечно, я бы предпочла в его исполнении дуэт на ту же музыку в хореографии Асафа Мессерера. Но выбирает артист, мне оставалось лишь полюбоваться на несколько красивых поз, сменявшихся легким бегом. Негусто, но и не совсем пусто.

К сожалению, финальный номер в исполнении Анны Лаудере и Эдвина Ревазова, который я также ожидала с большим интересом, не впечатлил. Сами артисты были хороши, выполняя бесконечные акробатические поддержки, но постановка Ноймайера на музыку Героической симфонии Бетховена из спектакля "Проект - Бетховен" разочаровала. Музыка Бетховена полна живости и подвижности, постановка Ноймайера оказалась на удивление статичной. Статичной внутренне, головоломные поддержки, сменявшие друг друга, более походили на медитацию, не имевшую к музыке - стремительной и пульсирующей - никакого отношения. На заднике сцены находилась видеопроекция с пылающим огнем, герой Ревазова стоял лицом к огню, спиной к залу. От героини Лаудере его отгораживал криво подвешенный прозрачный экран. Ревазов периодически то выбегал из-под него, то убегал, то выкатывался, то катился обратно по полу, переворачиваясь а ля Арман в белом дуэте из "Дамы с камелиями". К концу номера первоначальное напряжение, существовавшее в нем, исчезло, а его однообразие и внутренняя статика утомили. Огонь на экране не компенсировал отсутствие огня в хореографии. Номер шел сразу после ошеломительного исполнения Смирновой-Суанова, поэтому воспринимался на явном снижении интереса.

В хореографии Ноймайера также были исполнены два номера в первом отделении, продемонстрировавшие фирменный ноймайеровский почерк - "коротенько, минут на сорок".

Вначале Сильвия Аццони и Александр Рябко исполнили дуэт из балета "Орфей". Герой Рябко был вооружен скрипкой, на которой он играл в одиночестве. Потом к нему присоединялась героиня в виде видения, у Орфея появлялись черные очки как у слепого. Номер был ну очень долгим, в финале Эвридика исчезала, оставляя Орфея со скрипкой.

А сразу после номера Родькина на музыку Глюка Виктория Джаяни и Темур Сулуашвили исполнили дуэт на ту же самую музыку с тем же самым названием "Танец блаженных душ", но уже в хореографии Ноймайера. Честно говоря, такое количество блаженных душ на одно первое отделении оказалось чрезмерным. Но если блаженная душа Родькина была лаконична, памятуя чеховское выражение "краткость - сестра таланта", то блаженство в исполнении Джаяни и Сулуашвили длилось слишком долго и успело надоесть.

Из постановок Анжелики Холиной (исключая "Идиота") наиболее впечатлил монолог Яго, который представлял собой отнюдь не монолог, а большую сцену при участии Дездемоны и кордебалета. В массовом танце хореограф использовала находки ансамбля "Березка" и ансамбля Моисеева, когда две шеренги пересекают друг друга, образуя крест. Этот крест начинал угрожающе двигаться по кругу, норовя сшибить несчастную Дездемону. Также впечатлило, что и "Отелло", и "Анну Каренину" исполнили артисты театра имени Евгения Вахтангова. Драматические актеры ничуть не уступали в пластике и сложности рисунка своим танцевальным ви за ви. Хотя финал "Анны Карениной" вызвал страх за сцену Большого театра, так сильно стучала массовка, сидевшая на стульях и изображая поезд. А в сцене Лизы с Германом и Елецким из "Пиковой дамы", которая открывала Гала, мужских персонажей вообще исполняли оперные певцы. Все жанры оказались покорны балету!

Прочие номера концерта прошли и исчезли, словно их и не было.

В финале Гала Анжелика Холина вышла на сцену, явив собой красивую женщину в черном платье и раскланиваясь на все стороны словно главная героиня вечера. Впрочем, она ею стала по праву. Именно ее мировая премьера в исполнении Ольги Смирновой и Валерия Суанова стала главным (для меня единственным) событием, ради которого стоило терпеть долгий Гала. О мировой премьере "Идиота" на сцене Большого театра в постановке отечественного хореографа остается лишь мечтать. Помечтаем! Как и о том, чтобы в Большой театр пришло другое руководство, помнящее о его славе и великих традициях!

Не пропустите самое важное из жизни балета - подпишитесь на наш телеграм канал - https://t.me/balet24

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *