Ольга Павленко: Еду в никуда — Балет 24

Ольга Павленко: Еду в никуда

Источник: https://khabarovsk.md

На театральном хабаровском небосводе зажглась новая звездочка. Но уникальные арт-проекты теперь, вероятно, появятся не в Хабаровске, а... в Крыму
На тюзовском фестивале-лаборатории актуальных текстов, пожалуй, одной из самых ярких работ был документальный пластический спектакль-исследование «Лица». «И что же с текстами?» - ехидно спросит хабаровский обыватель. А ничего. Текстов не было. И в этом есть свой резон. Мы так привыкли врать словесно, что порой и не вычленишь в человеческих речах и правды, и актуальности. Особенно у некоторых политиков. Как говорится, не стоит доверять ни синоптикам, ни политикам, и если есть на свете самое лживое животное, так это говорящая обезьяна. А вот тело наше врать не умеет и выдает самое секретное, самое интимное. Как его ни прячь в уголках души. Собственно, изначально текст был, но создатели проекта – актер ТЮЗа Виталий Федоров и балетмейстер и артистка балета Музыкального театра Ольга Павленко решили от него отказаться. И спектакль от этого только выиграл.
Было заявлено, что это пластическое исследование о разрушительных силах страха и способах его преодоления. Что получилось в итоге? Балет. Современный, актуальный, проникающий в самые интимные закутки зрительских душ, от чего и замирало дыхание, и была сладость. Конечно, это было о любви, но только не о ханжеской, сериально-запеканковой, залитой дешевыми духами типа «Не может быть», а истовой, жесткой, с раздуванием крыльев носа, с дрожанием коленок и мурашками, пробегающими по внутренней стороне бедер. Словно поэзия Гарсия Лорки с его «кровавой свадьбой» ожила в Хабаровске.
Оказалось, что этот показ спектакля уникальный. Ольга Павленко уволилась из Музыкального театра и уезжает из Хабаровска. Буквально за день до отъезда мне удалось встретиться и поговорить с ней.
- Отчего уезжаешь? Чего не хватает в Хабаровске?
- Не хватает свободы. Мне хочется творить, пробовать, рисковать. Для этого мне нужны время, ресурсы, люди. В Музыкальном театре мне не разрешат подобное «Лицам».
- Почему?
- Потому что не готов театр принять новые формы. За это нужно нести ответственность кому-то.
- Но некоторые элементы этих «новых форм» старше меня. Получается, что театр застыл в тридцатых годах прошлого века? Музей сталинской эстетики?
- Новые формы не интересны. Застыл.
- Это же не по-хорошему музейно, это же скучно!
- Вот именно… В проекте «Лица» изначально были артисты из трех театров. Мы кайфовали. Молодые, задорные, нам было интересно. Мне не дали по непонятной причине реализовать этот проект в Музыкальном театре. Говорили, что не соответствует пожарной безопасности («Лица» были задуманы как спектакль в гараже. – Прим. редакции). Нет и все. Меня приютил ТЮЗ. Я благодарна безумно этому театру за то, что проект был реализован. Мы, балетные из Музыкальноготеатра, окунулись в нечто такое, из чего не хотелось возвращаться к традиционному «консервативному» репертуару. У нас была реальная ломка. Я вспоминаю как мы работали, и у меня мурашки появляются….
- А если бы сказали: «Вы молодые, талантливые, энергичные! Вот вам каморка, экспериментируйте!»
- Это было бы счастье. Сейчас я понимаю, что нуждаюсь в творческом пространстве.
- Ты бы не уехала?
- Думаю, что нет. Я бы в Хабаровске нашла свою нишу для физического театра, которым я заразилась. Я месяц занималась у режиссеров-хореографов Евгения Кулагина и Ивана Евстигнеева в международной летней театральной школе СТД РФ. Тогда я поняла, чего я хочу и чего нет в Хабаровске. Что такое физический театр? Это театр, объединяющий и хореографию, и пластику, и пантомиму, и актерское мастерство. К нему нужно стремиться, это реальная свобода. Я чувствую, что это мое. Я обязательно что-нибудь поставлю с литературными вставками.
- В спектакле «Лица» слово, на мой взгляд, абсолютно было не нужно.
- Когда появились пластические истории, я обратилась к Виталию Федорову: «Есть у меня литературный материал – звериные истории, с ребятами мы сделали номера. Давай как-нибудь это все объединим». В итоге номера мы объединили исповедями, личными историями о страхах… «Звериные истории» Дона Нигро - это настолько про людей, про каждого человека, про меня.
- Получился спектакль о нас, о нашей звериной природе, о любви.
- От этой природы никуда не уйти. Мы можем от нее закрываться, прятать от чужого взгляда.
- Где ты родилась?
- На Алтае. Потом по семейным обстоятельствам переехали в Приморский край, в Лесозаводск. Там окончила школу и приехала учиться в Хабаровский институт культуры. Ольга Анатольевна, главный балетмейстер Музыкального театра, вела у нас искусство балетмейстера. Она и пригласила меня в театр.
- Ольга Козорез - необыкновенная! Мне кажется, что она очень современна!
- Это мой педагог. Я не перестану быть ей благодарной. У нее необычное мышление, нестандартные реакции на ситуации. Я очень многому у нее научилась.
- В этом театре ты встретила свою судьбу…
- Актер Влад Павленко – мой супруг. Он был больше муж для меня, но был для меня и учителем. У нас разница в тринадцать лет. У меня много потерь было в жизни. В 2002 году погибла мама в автомобильной аварии. Через год после этого я уехала в Хабаровск, закончила институт, начала работать в театре, вышла замуж, родился сын. Успехи у мужа. Он стал обладателем национальной театральной премии «Золотая маска». Зимой 2011 года умирает папа, в июле погибает Влад…
- Молоденькая женщина с маленьким сыном на руках, одна в большом городе… Как пережила все это?
- Не ныла. Мне и жаловаться было некому. Страшно было задумываться: а что будет дальше? Сестра приехала мне помогать, стало легче…
- Бросаешь все и куда едешь?
- Еду в Крым, в Севастополь. Собственно, еду в никуда. Не хочу в большие города, в столицы, потому что хочу быть мамой. В больших городах из-за работы меня не будет дома. А у меня сын. Он толковый парень, но я нуждаюсь в нем, и он нуждается во мне. У него сложный переходный возраст.
- Похож на отца?
- Копия. И зовут его в честь отца - Владиславом, Влад Владыч.
- А что за роман случился с Комсомольском-на-Амуре?
- Кому-то надо было ехать, и так случилось, что Музыкальный театр направил меня участвовать в режиссерской лаборатории под руководством Константина Кучикина в Комсомольском-на-Амуре драматическом театре.
«Почему я? Я не режиссер! Что я буду с ними делать?» - спрашивала. Говорили: сделай что-нибудь. Например, как твой проект «Лица». Я взяла для эскиза «Чайку», потому что такой спектакль есть в театре. Это была моя первая независимая работа. Для эскиза выбрала «неформальную» театральную площадку – гардероб в драмтеатре. Говорила, что мне не нужны танцоры, мне не нужны актеры, вы мне нужны как люди!
Когда закончилась беседа, Ольга Павленко вспорхнула и побежала упаковывать вещи и заниматься прочими срочными делами. А их у всех уезжающих навсегда превеликое множество. После того как помахал ей на прощание рукой, стало как-то невыносимо грустно…
Город обеднел не просто на красивую молодую женщину, а на талантливого молодого человека. Одним творцом стало меньше. Стал тоньше культурный слой, и Хабаровск стал более серым. Врут, когда говорят, что талантливы все. Всякий талант - божье чудо, а оно за каждым углом не встречается. Всякий талант - исключение из правил, его беречь нужно.

Юрий Вязанкин

Не пропустите самое важное из жизни балета - подпишитесь на наш телеграм канал - https://t.me/balet24

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *