Гельмер Синисало: «Я не сочиняю музыку — записываю то, что напевает ветер…»

0
413

Источник: https://gazeta-licey.ru

14 июня исполняется 100 лет со дня рождения выдающегося композитора Гельмера Синисало

«Гельмер Нестерович добродушно улыбнулся и сказал, что он не сочиняет музыку, а просто записывает то, что напевает ветер, наигрывают травы. Музыка живет в чашечках северных цветов, в онежских волнах, в листве деревьев, даже у камней есть своя музыка».

Вслед за статьей музыковеда Наталии Гродницкой, убежденной, что «в карельском искусстве более подходящей кандидатуры на роль genius loci не найти», публикуем заметки Елены Сидоровой, лично знакомой с Синисало, об истории его балетов.

«…Музыка Синисало впитала в себя всю красоту, всю своеобразность и все контрасты суровой и вместе с тем нежной природы родного края: голубизну озер, красоту белых ночей, необыкновенную прелесть рассветов, звенящую тишину лесов, былинность древних валунов и чистоту белоствольных берез…»

Балетмейстер Игорь Смирнов

Композитор Гельмер Синисало – выдающийся классик карельской музыкальной культуры. Его творчество тесно связано с балетом. Он автор многоактных балетных спектаклей «Сампо», «Сильнее любви», «Я помню чудное мгновенье» (на основе произведений М. Глинки), «Кижская легенда», балета для детей «Вождь краснокожих» совместно с композитором А. Голландом.

Мое единственное личное воспоминание о нем более чем эпизодическое, но необычайно яркое, как все воспоминания детства. Встреча была волшебной, как я считала тогда, философской, как понимаю сейчас. Во время рождения «Кижской легенды» была организована поездка в Кижи для принимавших непосредственное участие в создании балета. Незадолго до премьеры, состоявшейся 26 мая 1973 года, легендарный остров посетили композитор Гельмер Синисало, балетмейстер Игорь Смирнов, его жена – талантливейший педагог-репетитор Маргарита Смирнова, мои мама и папа – народная артистка России Светлана Губина и народный артист Карелии Юрий Сидоров – исполнители главных ролей Олены и Нестора, дирижер Лео Балло, члены постановочной группы. Детей взяли с собой, меня и младшего сына Смирновых Святослава.

Я очень громко сообщила Святику (так его называли родители), что с нами едет композитор, сочинивший музыку нового балета. Гельмер Нестерович, оказалось, стоял рядом. Он добродушно улыбнулся и сказал, что он не сочиняет музыку, а просто записывает то, что напевает ветер, наигрывают травы. Музыка живет в чашечках северных цветов, в онежских волнах, в листве деревьев, даже у камней есть своя музыка. Рассказал, что любит ходить в гости к музыке и записывать ее мелодичные рассказы.

У нас со Святом разыгралось воображение. Если музыка живет внутри ветра, а я попаду к ней в гости, значит, я смогу летать. «Попробуй. Все возможно», – улыбнулся добрый сказочник. Святу очень захотелось поймать ветер, поиграть с музыкой. Как сделать, чтобы ветер хоть на минуту остановился и музыка не улетела бы? Чудесный маг ответил, что это довольно просто. Все музыканты каждый день делают то, о чем он мечтает.

Свят — Святослав Игоревич Смирнов — стал замечательным дирижером, управляющим ведущими европейскими оркестрами. Я стала балериной. У меня был полетный, довольно большой для женщины прыжок. Мне повезло исполнять прыжковые роли и вариации, посчастливилось летать над сценой в невесомых облаках ее величества музыки.

«Кижская легенда». Олена – Светлана Губина, Нестор – Юрий Сидоров

Роли Нестора и Олены создавались для Юрия Сидорова и Светланы Губиной, ставились на конкретных исполнителей. Смирнов максимально использовал виртуозные возможности сольной пары. В дуэте неоднократно повторялась «двойная рыбка», сегодня исчезнувшая из хореографической лексики. Соло Олены было насыщено различными пируэтами, было фуэте. В партии Нестора присутствовали необычные прыжки.

Роль Сазона создавалась в расчете на наиболее полное раскрытие творческих возможностей Бориса Кириенко. Темпераментный, сильный, яростно жестокий Сазон в исполнении Кириенко был художественно привлекательным. Балет «Кижская легенда» поставлен Игорем Смирновым довольно сложно для всей труппы в целом, что говорит о высоком профессиональном уровне солистов и кордебалета Музыкального театра Карелии в 70-е годы прошлого века. Сегодня со знанием дела могу сказать, что не каждая балетная труппа справилась бы с хореографией «Кижской легенды».

Озорную задорную Маринку на премьере танцевала заслуженная артистка России и Карелии Наталья Гальцина, впоследствии показавшая публике свою, совершенно иную, Олену в дуэте с совершенно другим Нестором, заслуженным артистом Карелии Владимиром Мельниковым. Спектакль в их исполнении отличался от премьерного и этим был тоже бесспорно интересен. Маринку с успехом танцевала обаятельнейшая Клара Заславская.

В истории мирового балета немало случаев, когда спектакль ставился на конкретных исполнителей. При создании «Кижской легенды» и музыка писалась для Губиной и Сидорова. «Музыкальные характеристики Олены и Нестора отражают индивидуальности Светланы и Юрия. Дуэты – самые поэтические и лирические страницы балета – писались Синисало для них», – вспоминал Игорь Смирнов.

После премьеры балета «Кижская легенда». Игорь Смирнов, Гельмер Синисало, Светлана Губина, художник Борис Кноблок, дирижер Лео Балло, Маргарита Смирнова

Игорь Валентинович Смирнов, народный артист России, профессор, лауреат государственных премий Карельской и Татарской АССР, в своей книге «…танцует Карелия», выдержавшей два издания (в 1977-м и 1981 годах), пишет о партитуре «Кижской легенды»: «…как тонко ощущает композитор национальные особенности музыки, как искусно умеет передать их в оркестровке, в гармониях, ритмах, в характере развития мелодии. Слушая написанные Синисало сцены, невольно ловишь себя на том, что сразу начинаешь фантазировать, «ставить» их… Вместе с тем партитура Синисало представляет интерес и как самостоятельное симфоническое произведение».

Плодотворная творческая дружба, талантливое соавторство Синисало и Смирнова началось осенью 1958 года. Вскоре с композитором познакомились юные выпускники Пермского хореографического училища Светлана Губина и Юрий Сидоров, приехавшие в Петрозаводск. Балетмейстер Смирнов обратил на них внимание на смотре хореографических училищ в Москве в 1957 году. Балетную труппу уже украшали эмоциональная яркая москвичка Светлана Степанова и скульптурно сложенный, великолепный мастер дуэтного танца, ленинградец Владимир Мельников. Началась работа над постановкой первого национального карельского классического балета «Сампо», очень современного для своего времени. Премьера состоялась 27 марта 1959 года.

Юрий Сидоров вспоминает: «Рождение «Сампо» проходило в тесном содружестве. Новые страницы только что написанной партитуры прослушивали в вокальном классе театра. Играл на фортепиано Абрам Исаевич Голланд, превосходно владевший техникой чтения с листа. В созданных Синисало музыкальных фрагментах четко прослеживалась драматургия, отражались настроения и характеры героев. Смирнов всегда приходил на репетиции с абсолютно готовым поставленным материалом. Он никогда не сочинял в присутствии томящихся в ожидании артистов, сразу показывал хореографический текст».

У балета «Сампо» была долгая успешная сценическая жизнь. Спектакль в трех актах, одиннадцати картинах, включая пролог, по отдельным рунам карело-финского эпоса «Калевала» показали на Декаде карельского искусства и литературы в Москве в филиале Большого театра в августе 1959 года. Дуэты Невесты и Илмаринена, Лоухи и Лемминкяйнена Светлана Губина с Владимиром Мельниковым и Светлана Степанова с Юрием Сидоровым танцевали в Кремлевском театре в присутствии членов правительства и главы государства Н.С. Хрущева. На этой сцене в свое время танцевала Ольга Лепешинская, пел Иван Козловский, выступала Любовь Орлова.

«Сампо». Невеста – Светлана Губина, Илмаринен – Владимир Мельников

После московской премьеры «Сампо» балетмейстер Ростислав Захаров, автор «Бахчисарайского фонтана», мэтр советского балета, назвал Гельмера Синисало выдающимся карельским композитором, отметил творческий тандем Синисало и Смирнова как ценный, плодотворный и удачный. Арам Хачатурян писал в газете «Правда»: «Музыка отмечена неповторимостью национального колорита, высоким уровнем композиторской техники, многие страницы по-настоящему волнуют… Неслучайно и балетмейстер смело обращается к танцевальному фольклору, удачно соседствующему рядом с приемами хореографической классики. Подлинно народные танцы, привнесенные в балетный спектакль, стали его истинным украшением».

В канву балета, как жемчужные нити, органично вплетены стилизованные для сцены карельские обрядовые танцы. «Ристу-кондра» («крест-накрест») – жизнерадостный танец, где исполнители меняются местами крест-накрест, возвращаясь к своим партнершам. Танец с лучинками («ристу-пяре») часто исполнялся на свадьбах. Это игра: парни складывают лучинки крест-накрест, а девушки, танцуя, перешагивают из одной клеточки в другую, стараясь не сбить лучинки. В «Сампо» «ристу-пяре» исполняют на пуантах в первом акте в сцене свадьбы. Юноши тоже вовлечены в игру – перепрыгивают через лучинки. В первоначальной версии балета в первом акте был танец «мельница», основанный на подлинном музыкальном и хореографическом фольклоре. Движения создавали впечатление, будто вода крутит мельничные жернова. Ведь Сампо – чудесная мельница счастья.

В период работы над балетом Смирнов и Синисало встречались с крупным политическим деятелем, знатоком «Калевалы» Отто Вильгельмовичем Куусиненом в его московской квартире. Он любезно согласился прослушать музыку, которой дал очень высокую оценку. Позднее, после исполнения «Сампо» в Москве, Куусинен отметил «правильное видение «Калевалы» балетным театром».

О «Сампо» много писали в столичной прессе. Газета «Советская культура» 22 августа 1959 года: «Г. Синисало… предстает перед нами и как тонкий, нежный лирик, и как мастер умного злого гротеска, и как темпераментный художник, могущий подниматься до подлинно трагических высот».

Почти все первые исполнители «Сампо» были очень юными и прослужили в театре всего один сезон. Вопреки существовавшим в те годы правилам молодые солисты балета были удостоены почетных званий заслуженных артистов Карельской АССР: Светлана Губина – Невеста Илмаринена и Валентина Решетникова, танцевавшая эту роль в другом составе; Владимир Мельников – Илмаринен, Юрий Сидоров и Олег Егоров – Лемминкяйнен.

«Сампо». Молодая Лоухи – Светлана Степанова, Лемминкяйнен – Юрий Сидоров
«Сампо». Старуха Лоухи – Светлана Степанова, Лемминкяйнен – Юрий Сидоров

Светлана Степанова – колдунья Лоухи – получила звание заслуженной артистки РСФСР. Изначально две роли – старую и молодую Лоухи – танцевала одна балерина. Так Смирнов поставил на Степанову. Для мгновенного преображения использовалась эффектная маска, заказанная на «Мосфильме». В ближайшие после премьеры сезоны двойную роль Лоухи стала успешно танцевать Роза Шишова, позднее – Екатерина Павлова. В начале 1960-х роль колдуньи Смирнов разделил на два персонажа – Молодую и Старую Лоухи. Это было логично: в первоисточнике, «Калевале», это два образа – старая Хозяйка Похъелы и ее дочь. В роли Молодой Лоухи наряду с  Розой Шишовой и Екатериной Павловой блистала Светлана Губина. Ее дуэт с Юрием Сидоровым – Лемминкяйненом был снят Карельским телевидением. Однажды на гастролях в Ленинграде («Сампо» неоднократно показывался там с неизменным успехом) Губина станцевала Старую Лоухи.

Позднее Наталья Гальцина исполняла Молодую и Старую Лоухи в одном спектакле. За свою плодотворную сценическую жизнь Наталья Васильевна создала все женские образы в «Сампо»: Невесту, Лоухи, Удутар – Деву тумана (ее первая роль в театре), Мать Лемминкяйнена она станцевала во второй редакции балета.

Первой Матерью была актерски одаренная, драматически выразительная, женственно красивая Людмила Васильева. Первые исполнители запоминающихся сольных партий Роза Шишова – Удутар и Николай Катугин – Огонь впоследствии стали заслуженными артистами Карелии. Мимическую роль мудрого рунопевца Вяйнямёйнена исполнял актер драмы Григорий Лунов. В костюме и гриме он выглядел значительным и сказочным, сошедшим со страниц эпоса.

В 1962 году в августе на VIII Всемирном фестивале молодежи и студентов в столице Финляндии Хельсинки балет «Сампо» завоевал настоящее международное признание. Зимой обновленный спектакль показали в Москве. Позднее с балетом «Сампо» театр неоднократно успешно гастролировал в Финляндии.

К дуэту Молодой Лоухи и Лемминкяйнена, исполненному Светланой Губиной и Юрием Сидоровым на 85-летнем юбилее великого балетмейстера Федора Лопухова, проявил восторженный интерес Марис Лиепа. Балетом восхищались Иннокентий Смоктуновский, Махмуд Эсамбаев, известный балетный критик Галина Кремшевская.

8 февраля 1985 года состоялась премьера новой двухактной редакции «Сампо», осуществленной Игорем Смирновым в тесном содружестве с Гельмером Синисало и тем же художником – Андреем Андреевичем Шелковниковым. Поводом стало 150-летие первого издания «Калевалы». Почти все массовые сцены, исполнявшиеся ранее на полупальцах (царство Лоухи) или в характерной «каблучковой» обуви (солнечная Калевала), теперь женский балет танцевал на пуантах. Пуантовой стала роль Матери Лемминкяйнена, которую с большим драматизмом исполняли Людмила Нивина и Валентина Кулиева.

В преддверии премьеры в одном из интервью Гельмер Нестерович сказал: «Для композитора это весьма радостно. Вновь на сцене зазвучит музыка «Сампо». К этой работе особое отношение. Считаю первый карельский балет одним из своих лучших произведений. Снова встретились с Игорем Смирновым. Надеюсь, возрожденное «Сампо»… будет не хуже прежнего».

Через год Гельмер Синисало, Игорь Смирнов, Андрей Шелковников, балерины Наталья Гальцина (Лоухи) и Татьяна Ледовских (Невеста) стали лауреатами Государственной премии России имени М.И. Глинки. Новая версия балета «Сампо» долго жила на сцене, периодически возобновляясь.

Игорь Смирнов, Татьяна Ледовских, Гельмер Синисало, Наталья Гальцина – лауреаты Государственной премии России им. М.И. Глинки (в московской квартире И.В. Смирнова). Из архива Н.В. Гальциной

Я и моя сестра Анастасия Сидорова, лауреат премии «Онежская маска», танцевали старую колдунью Лоухи в два состава в последней редакции. Репетировала с нами прекрасная разноплановая балерина и чуткий, тонкий, замечательный педагог заслуженная артистка Карелии Людмила Александровна Нивина, посвятившая карельской сцене сорок лет – двадцать лет как солистка балета и двадцать лет в качестве репетитора. Танцевавшая ранее старуху Лоухи Наталья Андронова, несмотря на больную ногу, подробно и доброжелательно показывала мне порядок движений.

Анастасия станцевала старую колдунью в Финляндии летом 2000 года на сцене старинной крепости Олавинлинна: тогда «Сампо» показали на ежегодном Международном оперном фестивале в Савонлинна. Также она исполняла эту роль в сюите из балета, талантливо скомпонованной Ириной Новик для Дней культуры Карелии в Москве на сцене престижного концертного зала «Россия», ныне, увы, перестроенного. С достойным успехом, правда, редко на разных сценах Петрозаводска Настя танцевала поставленную мною для нее хореографическую миниатюру «Айно» на музыку Синисало.

 Легендарный персонаж «Калевалы» красавица Айно не является прототипом Невесты Илмаринена в «Сампо». Невесту даже оставили безымянной, хотя изначально у Смирнова и Синисало была идея назвать главную лирическую героиню балета Айно. Но в процессе создания спектакля стало ясно, насколько велика разница между характерами и присутствием персонажа в сюжетных линиях балетного либретто и литературного первоисточника.

Для меня ни секунды не стоял вопрос о выборе музыки. Меня с детства волновала тема Невесты, танцующей в окружении хоровода подруг для Илмаринена в первом акте. Пленительная мелодия Синисало из «Сампо» стала музыкой к концертному номеру. Для меня и Насти «Айно» – это искренний благодарный поклон дивной Карелии, где мы пришли в этот мир. Платье Олены из «Кижской легенлы», в котором танцевала наша мама Светлана Губина, состояло из лифа и юбки. Юбка сохранилась. В ней Настя танцевала Айно; верх костюма был другой. Премьера «Айно» прошла на моем бенефисе в Доме офицеров.

Когда я и Настя станцевали Лоухи, концертмейстер Валентина Нестерова, игравшая на наших репетициях в период подготовки роли, меняясь за роялем с Дмитрием Цвибелем, заставшая на сцене наших родителей, написала эпиграмму:

Конфликт в семействе отцов и детей

Дошел до критической точки:

Света Губина света светлей,

Исчадия ада – дочки.

Мне посчастливилось танцевать на музыку Синисало и поставить на нее соло.

Мелодичными и выразительными партитурами Синисало дирижировали выдающиеся маэстро. Дирижером-постановщиком «Сампо» был легендарный Исай Эзрович Шерман, заслуженный артист России, народный артист Карелии. Он дирижировал исторической премьерой «Ромео и Джульетты» с Галиной Улановой в Кировском (ныне Мариинском) театре. Виктор Широков, тонкий толкователь балетных партитур в этом же театре, управлял оркестром, когда «Сампо» исполняли в Финляндии в 1962 году. Александр Дмитриев, известнейший, талантливый петербургский дирижер, в Петрозаводске дирижировал балетом «Сильнее любви».

«Сильнее любви». Надежда – Светлана Губина, Андрей – Юрий Сидоров
«Сильнее любви». Надежда – Светлана Губина, Василий – Владимир Мельников

Балет «Сильнее любви», премьера которого состоялась 22 февраля 1966 года, Смирнов поставил на Светлану Губину, Юрия Сидорова и Владимира Мельникова. Они были единственными исполнителями. Для них же Синисало написал партитуру. Более того, балетмейстер и композитор реализовали надежды молодых артистов балета, очень желавших станцевать своих современников, мечтавших о балетной версии «Иркутской истории» А. Арбузова и даже разработавших самостоятельно сценарный план первого акта спектакля. Но Смирнов и Синисало предложили им совершенно новое, созданное специально для них произведение. Первоначально клавир был озаглавлен именем главной героини «Надежда». Имя и понятие символические. Но потом балет назвали «Сильнее любви».

Светлане Губиной и Юрию Сидорову Гельмер Нестерович посвятил «Сонату», фрагмент которой вошел в музыку дуэта Надежды и Андрея из первого акта «Сильнее любви».

Начало дуэта Надежды и Андрея, в котором звучит музыка Сонаты, посвященной первым исполнителям балета

Смирнова вдохновляли исполнители. Очень мобильная, бесстрашная и легкая Светлана Губина была небольшого роста и весила около сорока килограммов. Юрий Сидоров виртуозно владел невероятными, фантастическими поддержками. Владимир Мельников был сильным физически, надежным партнером, «на его ладони сидишь, как в кресле», – говорила Светлана Губина.

«Смирновы всегда работали вместе. Игорь Валентинович и Маргарита Владимировна придумывали поддержки дома. Некоторые были абсолютно новые. Сочиненные ими», – вспоминает Ю.М. Сидоров. Необычный «стульчик», когда балерина сидит на вытянутых вверх руках партнера боком, а положение ее тела слегка изогнуто, скорее всего, исполнялся только Губиной и Сидоровым в «Сильнее любви». Фигура балерины на традиционном «стульчике» вертикально ровная, что, безусловно, облегчает исполнение. Непривычным для того времени, ярким эмоционально был мужской дуэт. Пластика его построена по принципу своеобразного хореографического канона: Андрей (Ю. Сидоров) повторяет движения Василия (В. Мельников), но в ином характере, ином ключе. На исполнителей легла большая физическая нагрузка, особенно на балерину. Хрупкая Губина за спектакль теряла в весе около трех килограммов.

Масштабный трехактный балет авторы назвали «хореографической поэмой». Его показали по Центральному телевидению. После трансляции Светлана Губина получила много писем из разных городов необъятной страны. Одно письмо пришло из мест заключения. Молодой человек писал, что он «переосмыслил свою жизнь, решил кардинально измениться и жить честно, потому что верит, что есть такие девушки, как Надежда». После успеха балета «Сильнее любви» С. Губина, Ю. Сидоров и В. Мельников были удостоены премии Ленинского комсомола Карелии.

Из книги И. Смирнова «…танцует Карелия»: «Закончив работу над спектаклем, Синисало обычно говорит: «Больше балетов писать не буду, возьмусь за что-нибудь полегче… Ты меня выжал до предела». Но проходит несколько дней после премьеры, и Гельмер уже думает о новом спектакле. Обычно период работы над клавиром балета проходит в напряженном труде. Мы… горячо спорим. В это время как некий талисман на столе Гельмера появляется фигурка бегемотика с широко раскрытой пастью. Супруга композитора в шутку говорит: «Это он просит, чтобы Гельмер скорее писал музыку». Фигурка стоит на столе до окончания работы над клавиром балета, а потом перемещается на книжную полку, на свое привычное место».

Смирнов уговорил Синисало написать балет «Вождь краснокожих» по рассказу О. Генри. Хореографа переполняла фантазия. Он собирался ставить на Светлану Губину. Удивительно: он видел классическую балерину в образе невыносимого сорванца. Думаю, он планировал использовать ее талант в поддержках. Парочку незадачливых аферистов, скорое всего, танцевали бы Сидоров и Мельников. Спектакль, увы, Смирнов не поставил. А музыку Синисало написал совместно с композитором Абрамом Голландом.

Также у Игоря Валентиновича была идея создать для Юрия Сидорова балет «Куллерво» по мотивам рун «Калевалы», не вошедших в либретто «Сампо». К сожалению, постановка не осуществилась. Неоконченной осталась и партитура. Синисало написал лишь фрагменты. Невоплощенным на сцене остался и первый балетный опыт композитора – одноактный балет «Похищение Кюлликки», созданный в годы войны на либретто А. Каменского. Это было первое обращение Синисало к темам эпоса «Калевала».

12 декабря 1963 года состоялась премьера балета «Я помню чудное мгновенье (Судьба музыканта)» в постановке И. Левиной. Это был ее балетмейстерский дебют. Либретто написал И. Смирнов. Создание балета навеяно музыкой Михаила Ивановича Глинки. Из его мелодий Гельмер Синисало скомпоновал своеобразную «глинкиниану». Лейттемой стал «Вальс-фантазия». Не последнее место занимал романс на стихи Пушкина «Я помню чудное мгновенье». Сюжет повествует о любви талантливого крепостного скрипача Алексея, ставшего мировой знаменитостью, и юной княжны Натальи, любви взаимной, но несбывшейся. Этих героев танцевали Губина и Сидоров. Левина ждала ребенка и говорила, что если родится мальчик, она назовет его Алексеем, если девочка – Натальей.

«Я помню чудное мгновенье (Судьба музыканта)». Наталья – Светлана Губина, Алексей – Юрий Сидоров

Высокую оценку работе Синисало и Смирнова дал замечательный композитор Юрий Шапорин, автор оперы «Декабристы», отметив «исключительно бережное отношение к музыке великого русского композитора М.И. Глинки». Балет был поставлен в 1962 году в Казани в Академическом театре оперы и балета им. М. Джалиля и во Львове в Академическом театре оперы и балета им. И. Франко, в 1963 году – в Харькове в Украинском академическом театре оперы и балета им. Н.В. Лысенко.

Синисало писал симфонические произведения, инструментальную музыку, камерные сочинения, произведения для академического и народного хора. Гельмер Нестерович превосходно играл на флейте. Он совершенствовал свое композиторское мастерство в Московской и Ленинградской консерваториях. Одним из его педагогов был замечательный композитор Николай Пейко, автор балета «Жанна дʼАрк».

По свидетельству И.В. Смирнова, «балетную музыку Синисало писал быстро, он много работал в подготовительный период, подолгу вынашивал найденные им темы». Оркестровал свои произведения композитор всегда сам, добиваясь необычайной выразительности звучания даже при сравнительно небольшом составе оркестра. Корреспондент столичной газеты «Советская культура» Галина Иноземцева восхищалась музыкой Синисало и называла его оркестровки красочными.

Из книги И. Смирнова «…танцует Карелия»: «Несколько недель мы провели летом на даче у Гельмера, недалеко от Петрозаводска, на берегу Ангозера. Домик Синисало стоит почти у самого озера на скалах. Все в этом доме сделано руками хозяина и его жены Валентины Петровны. И все в этом доме как бы связано с окружающей природой. Поздним вечером мы сидим у камина, разговариваем о музыке, об искусстве, о природе. Догорает камин, и все ярче комнату заливает лунным светом. Мы выходим на крыльцо и как зачарованные замираем перед изумительной картиной: чаша зеркального озера вся светится серебром, мощные стволы деревьев с ажурным кружевом листвы создают впечатление нереальности окружающего. Все дышит спокойствием, торжественностью, поэзией. Все напоено музыкой. И в ушах у меня невольно начинают звучать лирические картины из балетов Синисало… Я часто замечал, как Вейкко (так ласково называют его друзья) часами любуется живописными картинами, как кормит он лесных птиц, как бережно относится к природе. Все эти впечатления впитываются им, проникают в душу, становятся его музыкальной палитрой, музыкальным языком. Поэтичность музыки Синисало – одна из отличительных ее черт. В балетных спектаклях композитор, беря за основу народную мелодию, обрабатывает ее настолько поэтично и образно, что она, сохранив свойственную фольклору прелесть, получает поистине симфонический характер звучания. Почти не прибегая к цитированию народных источников, он чутко улавливает интонации народной мелодии, ее образный строй».

Гельмер-Райнер Нестерович Синисало – народный артист СССР, заслуженный деятель искусств Карелии, лауреат Государственной премии Карелии (за балет «Кижская легенда»). По воспоминаниям Ю.М. Сидорова, «композитор, обладая талантом и регалиями, в общении был простым добрым человеком, радушным и гостеприимным. Как-то он пригласил артистов балета к себе домой. Было весело».

Наверное, Синисало был не просто музыкантом, он был добрым волшебником, запечатлевшим в музыке вечный, ни на что не похожий танец карельской природы, оставивший нам свои пленительные мелодии, чтобы мир стал светлее и чище.

Гельмер Несторович Синисало (1920 — 1989)

Фото из архива семьи Сидоровых и архива Музыкального театра Карелии

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here