Валерий Гергиев: “Сейчас самое главное для нас – вернуться к исполнениям”

0
154

Источник: https://www.classicalmusicnews.ru

Российским театрам и музыкальным коллективам разрешено вернуться на сцену и возобновить репетиции.

Появление нового распоряжения решило экзистенциальную для творческих коллективов проблему, поднимавшуюся на онлайн-совещании деятелей культуры с президентом РФ Владимиром Путиным и руководителем Мариинского театра Валерием Гергиевым:

“не может балерина сохранить форму, а хор держать в памяти оперы на пяти-шести языках без постоянного репетиционного процесса”.

О том, какие проекты планирует осуществить в новых обстоятельствах Мариинский театр, Валерий Гергиев рассказал обозревателю “РГ”:

— Именно в искусстве простои необратимы в профессиональном смысле. Поэтому вы пошли на риск и возобновили в локальном формате репетиции уже в конце мая?

 — Да. Прошло уже почти три месяца, как театры, оркестры и музеи всего мира закрылись и прекратили свои выступления из-за коронавируса, действительно оказавшегося очень опасным и разрушительным для здоровья. Поначалу некоторые думали, что это только китайская проблема. Но как раз в Китае, Корее, Японии со страшной угрозой справились довольно быстро, а вот американцы и высокоразвитые европейские страны заплатили огромную цену: системы здравоохранения этих стран оказались не готовыми к подобному развитию событий. До сих пор угроза потерять здоровье и жизнь остается для людей в мире реальной.

С другой стороны, не менее реальной становится угроза потерять жизненные и профессиональные позиции артистов и музыкантов, если еще два-три месяца мы будем полностью разлучены со своей профессией и со своей публикой. Об этом говорится в последние дни немало. Конечно, я хочу, чтобы Мариинский театр был уже в состоянии, пусть и не интенсивного, но серьезного репетиционного процесса.

И да, это не секрет, что наши балетные и оперные артисты вернулись в классы почти две недели назад и репетируют, правда, пока поодиночке, с концертмейстером, не собираясь в большие ансамбли. Мы уже получили приглашения выступить в летние месяцы небольшим составом, но именно коллективом Мариинского театра в нескольких странах: прежде всего, в Италии, открывающей границы для России.

Думаю, что, соблюдая меры предосторожности и неукоснительно следуя рекомендациям и правилам, озвученным Роспотребнадзором, сегодня действительно можно начинать работать. Важно, конечно, дисциплинировано вести себя в ближайшие недели, чтобы, не дай бог, не вызвать какой-то поспешностью или беспечностью новую волну заболеваний.

Ну, а свою работу коллектив Мариинского театра знает хорошо. Это один из сильнейших театров мира, имеющий громадный репертуар, огромное количество талантливых артистов, известных всему миру. Мы привыкли много выступать в регионах России, и за последние двадцать лет наша публика из больше чем 60 регионов слышала оркестр Мариинского театра, знает балетных и оперных артистов Мариинского театра, наш великолепный хор.

 

— Мариинская труппа не только в Петербурге, но и во Владивостоке, во Владикавказе: как планируете выбираться с таким гигантским коллективом из кризиса, в котором находятся сейчас все?

— Организовывать огромный процесс – это вообще не простое дело. У нас только в Петербурге почти три тысячи профессионалов, а вместе с нашими приглашенными артистами, с коллективами во Владикавказе и Владивостоке – пять тысяч человек. Это, кажется, самый большой театральный коллектив в мире.

И когда возникла неожиданная для всех ситуация с коронавирусом, перспективы которой непонятны пока никому, оказалось, что громадное расширение Мариинского театра стало самой страшной нашей проблемой. Очевидно, что гораздо легче и нам, и государству прокормить триста артистов, чем пять тысяч. Хотя мы умеем накапливать внебюджетные средства, зарабатываем много и никогда не ставили перед собой задачу, как можно дороже продавать билеты.

— Кстати, стоимость билетов в Мариинский театр изменится в новых условиях?

— Изменится, но мы будем анализировать ситуацию и отвадим, прежде всего, спекулянтов, делающих успешный бизнес на великодушной ценовой политике театра. Сейчас самое главное для нас – вернуться к исполнениям, пусть даже в полупустом зале. У нас три большие аудитории в Петербурге, две – во Владикавказе, две – во Владивостоке, большие возможности по распределению репертуара в камерных залах. Мы готовы вернуться к полнокровной деятельности, но понимаем, что должны быть невероятно осторожны. В этих обстоятельствах для нас важна точность выбора программ и точность хотя бы частичного выполнения задуманной региональной программы.

— Вы реально рассчитываете провести Московский Пасхальный фестиваль и “Звезды Белых ночей”? Губернатор Санкт-Петербурга уже объявил о концерте-открытии “Звезд Белых ночей” 20 июня.

— Ни в коем случае не будет отмены ни фестиваля “Белых ночей”, ни Московского Пасхального, ни “Мариинского” во Владивостоке. Мы слишком много усилий вложили в то, чтобы эти фестивали стали частью культурной жизни этих городов. А Московский Пасхальный – это вообще общенациональный фестиваль.

Мы постоянно посещаем в рамках Пасхального 25-30 регионов России: это громадная творческая программа, громадные физические усилия артистов, сотни тысяч слушателей, тысячи и тысячи километров пути. Нас каждый год ждут и в городах Поволжья, и на Урале, а это уже десятки городов, в Сибири, в городах европейской части России – от Мурманска до Владикавказа.

И в данный момент мы пытаемся мастерски выстроить небольшую, но впечатляющую программу, чтобы выполнить свои моральные обязательства перед публикой. У нас идет большая напряженная работа с губернаторами, мы продумываем все тщательно, чтобы не ошибиться в выборе маршрута, чтобы не рисковать артистами и, тем более, не рисковать здоровьем посетителей концертов. Решающая роль здесь принадлежит специалистам из Роспотребнадзора. Мы не хотим быть и не будем нарушителями, но я уверен, что долго ждать публику мы не заставим.

— По сути, Мариинка и не отрывалась от публики, круглосуточно транслируя записи своих спектаклей и концертов. Сегодня онлайн-афиша перевалила уже за 100 названий?

— Об этом мало, кто говорит, но ведь наши спектакли посмотрели уже почти 80 миллионов человек во всем мире: и в Южной Америке, и в Японии, в США, в Европе, в Австралии. Смотрели оперы, балеты, симфонические и камерные программы: в среднем – по миллиону человек в день. Это, по-моему, самые большие показатели среди всех театров мира. Причем, ни копейки за эти трансляции мы не брали.

Недавно я услышал, как в выступлении, проходившем в видеоформате, директор Театра Вахтангова сказал, что за каждый просмотр спектакля посетители у них платят всего 300 рублей. Я подумал, если бы мы за каждый просмотр брали по 300 рублей, то сегодня, имея 80 миллионов просмотров, мы бы уже заработали 24 миллиарда. Но я считаю, что в период всемирного бедствия неправильно подходить к этой проблеме коммерчески. Поэтому мы делились с публикой всем, чем располагаем. А сейчас нам важно вернуться на основные сцены Мариинского театра и начать транслировать живые выступления.

— Уже 28 июня вы будете выступать в Италии на знаменитом Равеннском фестивале, который пройдет в этом году в формате опен-эйр. Вы сможете вывезти в новых условиях Мариинский оркестр?

— Изначально была идея, что я выступлю со сводным составом Молодежного оркестра Луиджи Керубини и оркестра Мариинского театра. Мы пока не отказываемся от этой идеи, но сейчас проверяем все возможности. В целом, мы потеряли просто огромное количество гастрольных выступлений. Я сам лично потерял концерты в Чикаго и в Нью-Йорке, во Франции, в Швейцарии, в Испании, в Германии, в Японии. В этом году не состоится Тихоокеанский фестиваль в Саппоро, который я возглавляю.

Но потери Мариинского театра, если оперировать просто цифрами, только от не проданных во время карантина билетов составляют больше миллиарда рублей, поскольку весна и лето – самые успешные месяцы: это время фестиваля “Белых ночей”, когда у нас в день происходит до десяти событий на разных сценах.

К этому надо добавить потери от сорвавшихся крупных гастрольных контрактов театра, от контрактов наших ведущих солистов. Надеюсь, они мужественно переживут этот период.

Так получилось, что поддержка правительством театральных и музыкальных коллективов страны, вызывающая у всех нас огромную благодарность, не коснулась только самых знаменитых наших музыкантов – пианистов, скрипачей, певцов, дирижеров, потерявших десятки выступлений по всему миру. Они не получают зарплату и не могут быть поддержаны из бюджета. Я пытаюсь сейчас активно ввести их в афишу Мариинского театра.

 

— Вы планируете начать с трансляций живых концертов из пустого зала, как это делают в Берлинской филармонии?

— У нас именно такая идея и была с самого начала. И в первый же день, когда мы закрылись на карантин, мы транслировали живой концерт-открытие арфового фестиваля “Северная лира”. Но когда речь пошла о ежедневных трансляциях, мы уже стали выкладывать спектакли и концерты из фонда Мариинского театра, записанные с нашими европейскими партнерами. А сегодня, мне кажется, надо найти какую-то форму поддержки артистов, которые в этот трудный период давали возможность миллионам людей во всем мире наслаждаться их талантом.

— Прежние рекомендации Роспотребнадзора состояли в том, чтобы с середины июня объявить артистам отпуск в театрах, а в июле возобновить репетиционный процесс. Теперь разрешено репетировать, и вы обговариваете возможность концертов опен-эйр?

— Наш разговор на недавней встрече с президентом страны был серьезным и откровенным. Мы благодарны ему, что он посчитал необходимым выслушать нас, предложил со своей стороны программу мер предосторожности.

Конечно, мы обговариваем с Роспотребнадзором все условия, при которых возможно проведение публичных концертов, хотя бы пока в формате опен-эйр. Наши артисты привыкли работать напряженно и с высоким качеством: мы должны вернуться к этому. А после долгого перерыва это не простой процесс: он потребует больших усилий.

 

— То есть, труппа Мариинского театра будет все лето работать?

— Да! Уж чего-чего, а отдыха хватило всем. Я каждый день по девять-десять часов слушал произведения, которые могут появиться в нашем репертуаре, отсматривал наши записи, в том числе – записи 90-х и нулевых годов. Что-то будет издано, возможно, даже на компакт-дисках, потому что некоторых из выдающихся певцов уже нет в живых.

 А артистам я еще два месяца назад сказал: никогда у вас, солистов такого большого коллектива, не будет больше свободных девяносто дней для выучивания партий. Пользуйтесь этой возможностью! Меня услышали: многие подготовили по три-четыре партии.

Мы рассматриваем сейчас двадцать новых оперных названий. Что-то появится в нашем репертуаре через полгода, что-то – через год-полтора. Я в своих расчетах и предположениях редко ошибаюсь, потому что хорошо знаю свой коллектив и его возможности. Главное – восстановить сейчас нормальный репетиционный процесс и очень точно выстроить пока немногочисленные наши выступления.

Мы должны трудиться, потому что усилия в полноги ни к чему хорошему ни в каком деле не приведут. А от себя мне хотелось бы еще пожелать осторожности и сохранения здоровья всем читателям “Российской газеты”!

Ирина Муравьева, “Российская газета”

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here