ВОЗВРАЩАЯСЬ К НАПЕЧАТАННОМУ: ВЛАДИМИР УРИН — Балет 24

ВОЗВРАЩАЯСЬ К НАПЕЧАТАННОМУ: ВЛАДИМИР УРИН

После публикации материала «Реквием по Камерному театру» в редакцию Sobesednik.ru поступило письмо Генерального директора Большого театра Владимира Урина.

Редакция Sobesednik.ru благодарит Владимира Георгиевича за коррективы по двум темам, затронутым в статье, а именно о наполняемости спектаклей театра и о цене билетов на его представления.

Вместе с тем считаем нужным отметить, что главной темой материала было как раз слияние с Большим (и фактическое исчезновение) такого оригинального и самобытного коллектива, как Камерный музыкальный театр (КМТ) имени Б. А. Покровского.

Ниже редакция Sobesednik.ru публикует письмо В. Г. Урина.

* * *

Главному редактору газеты «Собеседник» Пилипенко Ю. В. 

Уважаемый Юрий Владимирович! 

Ознакомился с материалом, опубликованном на сайте издания «СОБЕСЕДНИК» 13 февраля 2018 года под заголовком «Реквием по Камерному театру», и решил написать Вам письмо, поскольку добрая половина этого текста сообщает неверную информацию. Статья не подписана, поэтому, вероятно, отражает не мнение конкретного автора, а позицию Вашего издания. Признавая за Вами право любой трактовки событий, хотелось бы, чтобы сами факты соответствовали действительности. Поэтому позволю написать Вам по пунктам, что меня смутило в тексте. 

1. Режиссёр Кисляров. Согласен с позицией, высказанной в материале, что сам факт увольнения Михаила Степановича, и то, как это было сделано – это неприемлемо. Именно поэтому, когда М.Кисляров оказался на улице, руководство Большого театра пригласило его на работу. Михаил Степанович дал согласие и в настоящий момент работает в нашей режиссерской группе.

2. Балет «Нуреев». Наверное, информация об этом балете должна быть рассмотрена в рубрике «ради красного словца не пожалею и отца». Что касается моей личной позиции и позиции театра, я неоднократно ее озвучивал лично многочисленным СМИ, и в частности говорил про то, что балет «Нуреев» остается в репертуаре театра. Ближайшие спектакли мы покажем в июне после возвращения балета Большого театра с гастролей в Китае и Южной Корее. Даты спектаклей в 243-м сезоне тоже уже есть, поскольку мы планируем нашу жизнь на два года вперед.

3. Бетховенский зал. В тексте сказано, что он работает только по праздникам. В 2017 году в Бетховенском зале прошло 76 мероприятий – концертов и спектаклей. Вероятно, эмпирическим путем оценивая зрительскую заполняемость площадок Большого театра, автор пишет о непопулярности Новой сцены. Но цифры говорят о другом: если посещаемость в 2017 году Исторической сцены Большого была 97,2%, то Новой, как ни удивительно, 97,7%. 

4. Стоимость билетов. Автор статьи вольно манипулирует данными, указывая топовую цену в партере лишь на некоторые из балетных спектаклей. У нас есть спектакли, где стоимость самых дорогих мест составляет 2, 4, 6 или 8 тысяч. Средняя цена билета на спектакли Большого театра, для этого я просто разделил количество зрителей в 2017 сезоне на ту сумму, которую мы сами заработали через продажу билетов, составляет 4 280 рублей. И эта сумма, конечно, немаленькая, но все-таки не 15 000 рублей. Рыночная экономика не дает нам возможности искусственно «держать» цены. Поэтому мы ищем альтернативные способы – организовываем показы для молодой аудитории по специальной цене до 1000 рублей, для социально незащищенных слоев населения. Но об этом нет смысла писать подробно, потому что задача автора явно заключается в том, чтобы дать понять читателю, что театр ему недоступен.

5. Дети. Детей мы действительно не пускаем на наши спектакли: тех, кто младше пяти лет, если это касается утренних спектаклей, и детей младше десяти лет, если это вечерние представления. Это не отражает злого умысла «монструозного» Большого театра, а только следует международным правилам, по которым действуют театры всего мира (я не говорю про детские театры). Зрители, купившие билеты хоть за 15 000, хоть за 500 рублей, должны иметь возможность смотреть спектакль так, чтобы им не мешали. 

Мысль, высказанную в тексте, что Большой театр это про пафос, а не про искусство я не стану оспаривать, может быть для кого-то и балет «Герой нашего времени», и опера Вайнберга «Идиот» или произведения Бриттена, Генделя, Чайковского, Римского-Корсакова, как и классическое балетное наследие и творчество Григоровича, и работы новых художников – все это не искусство, но поскольку статья не подписана, вероятно – это и Ваше мнение. Мнение, которым Вы делитесь с читателем, перевирая по ходу многие факты. Можно представить себе, что наступит день, когда я не буду директором Большого театра, а Вы, в свою очередь, главным редактором издания «Собеседник», но Большой театр точно останется. Надеюсь, останется и газета. Именно поэтому чувствую свой долг в том, чтобы защитить репутацию театра. На мой взгляд, и газета обязана, в первую очередь, объективно и честно представлять сами факты, какой бы ни была их дальнейшая интерпретация.

За всеми этими претензиями к публикации на второй план отошел вопрос непосредственно слияния Большого и Камерного театра. Мне самому ситуация в Камерном театре не кажется такой уж безоблачной, как она представлена в статье. Но нет смысла обсуждать это сейчас. Мое письмо к Вам продиктовано не этим. 

Всех благ.

Владимир Урин 

Генеральный директор Большого театра, 

Москва, 15 февраля 2018

Источник: https://sobesednik.ru/

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *