КАЖДЫЙ СПЕКТАКЛЬ О НУРЕЕВЕ СВЯЗАН С МИСТИКОЙ — Балет 24

КАЖДЫЙ СПЕКТАКЛЬ О НУРЕЕВЕ СВЯЗАН С МИСТИКОЙ

О том, как зрители воспринимают сегодня Нуреева, мы поговорили с актером Уралом Аминовым, исполнившим главную роль в спектакле Айрата Абушахманова «Руди – Never off…».
В Уфе пройдут торжества в честь 80-летия со дня рождения нашего, пожалуй, самого знаменитого в мире земляка, танцовщика Рудольфа Нуреева.

Тематические вечера под общим названием «УФА.NUREEV»включают в себя спектакль Башкирского театра драмы имени М. Гафури «Руди – Never off…» , который пройдет 15 марта, балет «Журавлиная песнь» Льва Степанова и Загира Исмагилова 16 марта, и заключительный Гала-концерт на сцене Башкирского театра оперы и балета 17 марта – с участием студентов Хореографического колледжа им. Р. Нуреева и приглашенных звезд российского балета и из-за рубежа.

«В Уфе к Нурееву напряженное отношение»

– Урал, думаю, если бы не было вас, выпускников Щепкинского училища - то спектакля и не было. Десять лет назад мы просто с восхищением смотрели ваш выпускной концерт, где было столько пластических номеров...

– Думаю, да. Нашей башкирской студии повезло в училище больше всех. Нам преподавали классику не два раза, как положено, а три. Курс с пластически-танцевальным уклоном, можно сказать. Так решил наш художественный руководитель Владимир Селезнев. Было трудно, зато сейчас нам все это очень помогает. Преподаватели были строги и требовательны. Это бывшая солистка балета Татьяна Викторовна Борисова и "народница" Людмила Валерьевна Васильева...

Фото: Пресс-служба Башдрамы.

Так вот, Татьяна Викторовна не давала нам никаких "поблажек" в занятиях. Строгая одежда – белая футболка, лосины, ремень, балетки. По залу бегать нельзя – ходить можно только вдоль станков. Это такое уважение к залу. Обязательное выполнение всех заданий. Однажды был такой смешной случай – никто из наших не выполнил домашнее задание. Тогда она в гневе попросила всех из зала выйти. А я схитрил – я просто сам по себе много занимался, мне всегда нравилась классика, и сказал, что я подготовлен. В благодарность она целое занятие учила меня одному прыжку с поворотом – достаточно сложному. И теперь только я со всего курса умею это делать (смеется).

– Вы играете спектакль с 2012 года. Я твердо убеждена, что спектакль недооценен. Он мало выезжал на гастроли, не был в должной мере представлен на театральных фестивалях. Хотя – казалось – Рудольф Нуреев – это человек, по которому все хотя бы слышали, что в мире есть город Уфа… Почему так?

– Да, мы и сами понимаем, что недооценен. В Казани всегда просят этот спектакль, до сих пор, – но не везут. Кстати, Казань ценит Нуреева очень высоко. Вот книга на моей полке, написанная татарским автором о татарском мальчике Рудольфе… Видите, какое роскошное издание… У нас издаются такие книги? Мне кажется, если было бы должное отношение к спектаклю – а он очень сложный, интересный, здесь раскрыта вся биография, то он вполне мог быть успешным по всей стране...

– Утешает одно, что вы все в прекрасной форме, несмотря на то, что годы идут...

– Да, когда его ставят в репертуар, мы начинаем самостоятельно заниматься. Я много часов провожу за станком – а как же иначе? Все занимаемся, спектакль требует повышенной физической подготовки.

 

 – Мне кажется, дело тут не только в извечных "нравится-не нравится" в руководстве театра и в министерстве культуры. В Уфе вообще отношение к Нурееву странное. Нет всеобщего обожания, гордости. Получается, великая личность для узких кругов. Вы так не считаете?

– Да, дело и в нашем зрителе. У спектакля есть свой зритель, и наш спектакль никогда не оставался без зрительского внимания, тем более, что его ставят редко. Это особый зритель – тонкий, культурный... Но в Уфе чувствуется напряженное отношение к нему, в отличие от Казани.

 При этом – у него отец башкир, и бунтарство его, яростный и страстный характер – это как раз башкирские черты. Что мы и сумели отразить в спектакле. Но для нашего зрителя он все равно чужой. Из другого мира. Но ведь так не должно быть! Величайший танцор, мы должны им гордиться, должны помнить и уважать его корни, что первым балетом, увиденным им – был наш первый национальный балет "Журавлиная песнь", что он начинал свою уникальную карьеру здесь... Но – нет.

В Казани к нему гораздо теплее отношение... Причем, мое наблюдение не относится к национальному вопросу. Много агрессии в комментариях и постах про спектакль от представителей всех национальностей. Столько грязи... Я бы сказал – это такой тяжелый уфимский менталитет.

 

 

«Прошу Нуреева спокойно нам отыграть спектакль»

– Да, причем я слышала о нем нелестные отзывы от тех людей, которые уж точно прекрасно знают мировую культуру, литературу. Помимо какой-то физической подготовки, как ты еще готовишься к спектаклю? В твоей роли столько и смешного, и трагического, и даже определенной степени безумия.

– Этот спектакль для меня – моя маленькая, отдельная жизнь. И здесь много совпадений и мистики... Я всегда любил танцевать, но пришел к танцам поздно. И меня, как Рудольфа, ставили в класс с маленькими мальчиками. Тоже самое я почувствовал, когда во время подготовки к спектаклю мы в одно время занимались в Хореографическом училище. Я тоже выглядел переростком на фоне младших классов и смог прочувствовать всю степень унизительности этого положения, и в то же время, понял, как воспитывать в себе презрение к обстоятельствам и несгибаемость. Но до этого я просто хотел сыграть Рудольфа, когда прочел о нем книгу. И вот, хожу себе, мечтаю.

– И сказал об этом режиссеру?

 

– Нет, нет. У нас так не принято навязывать режиссеру свои мечты и идеи. Я просто мечтал об этом, паралелльно все время танцевал, самостоятельно занимался классикой и народными танцами, просил ставить танцы под мою пластику, участовал на концертах и конкурсах. Танцы всегда для меня много значили. Но однажды случилось чудо. Айрат Ахтямович сам предложил мне эту роль.

– Я знаю, что перед премьерой спектаклей или съемками фильмов о великих людях принято просить благословение. Сходить на могилу, помолиться, или, как у нас в башкирских театрах – совершать обряд жертвоприношения – резать барана, приглашать муллу...

– Мы ничего такого не делали перед премьерой. И, видимо, потому, во время нашего спектакля происходят много странных вещей... Я не буду говорить про все, тем более – впереди еще один ответственный спектакль. Но все актеры знают об этом и каждый молится за то, чтобы все прошло хорошо. Я же всегда прошу, чтобы его мятежная душа не мешала нам спокойно отыграть... И, бывало, что играли все спокойно.

 

источник https://mkset.ru/

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *