«СПЯЩАЯ КРАСАВИЦА» В ЦАРСТВЕ ПСЕВДОЭСТЕТОВ, СПЕШАЩИХ НА АВТОБУС

0
249

В рамках отмечаемого в эти дни двухсотлетнего юбилея Мариуса Петипа Мариинский театр дает один балетный вечер за одним, показывая лучшие спектакли своего репертуара. «Спящую красавицу» сменяет «Лебединое озеро», на смену ему спешат «Жизель», «Пахита» и «Баядерка». А в недавнем «Дон Кихоте» на историческую сцену Мариинского вышли звезды Большого театра Мария Александрова и Владислав Лантратов.
Не остались в стороне от праздника балета и танцовщики Приморской труппы Мариинского театра. Молодой коллектив, состоявшийся в 2013 году с открытием Театра оперы и балета во Владивостоке, спустя три года по сути пережил второе рождение, когда Приморский театр вошел в состав Мариинского. С балетной труппой работает опытный хореограф Эльдар Алиев. А фактический статус Приморской сцены как дальневосточного культурного «хаба», притягивающего амбициозные кадры не только из России, но и сопредельных территорий, обуславливает интернациональный состав труппы, в которой работают танцовщики из Японии, Кореи, Киргизии, Украины, США и других стран.
В Петербург приморцы уже привозили «Жизель», «Корсара», «Кармен-сюиту» и некоторые другие спектакли. А в нынешнем марафоне, посвященном юбилею Петипа, они показали «Спящую красавицу» в редакции Алиева. Понятно, что выступления на сцене театра-«метрополии» для владивостокских танцовщиков фактически становятся экзаменами на соответствие обязывающему понятию «мариинский балет». Увы, но старания артистов молодого коллектива наткнулись на неблагодарность петербургской публики, к которой эпитет «благодарная» можно после случившегося отнести только с большой натяжкой.
Немного о самом спектакле. Приморская труппа продемонстрировала, что их «Спящая красавица» действительно является балетом-феерией. Декорации и костюмы Вячеслава Окунева порой кажутся избыточными. Впрочем, тут же ловишь себя на мысли, что зрителю показывают идеальное сказочное королевство, и без пышности не обойтись никак. За дирижерским пультом стоял Антон Торбеев, в адрес которого по ходу спектакля раздавались персональные «браво» за воплощение музыкального текста Петра Ильича Чайковского.
В партиях принцессы Авроры и принца Дезире выступили Ирина Сапожникова, начавшая свой путь в Башкирском государственном театре оперы и балета, и выпускник Академии балета им. Вагановой Сергей Уманец. Они легко собрали аплодисменты публики, хотя тут же, на сцене, у них оказалось немало «конкурентов» в борьбе за признание зала. Ярко выступили в этот вечер украинец Олексий Скалюн в партиях жениха принцессы и Голубой птицы, Евгения Николаева и Владислав Ржевский (Белая кошечка и Кот в сапогах), Ясмина Музафарова и Вячеслав Тапхаров (Красная Шапочка и Серый волк), Анна Самострелова (Фея Сирени). Характерная роль Феи Карабос требует от танцовщика не только хорошей техники, но и достойной актерской работы. И с тем, и с другим справился Сергей Золотарев. Его особенно тепло приветствовала та часть публики, которая решила остаться до конца спектакля.
И на этом месте волшебству приходит конец. Проделки зловредной феи Карабос — ничто по сравнению с тем, как обошлась и с волнующейся приморской труппой, и с соседями по залу, и с самой атмосферой академического Мариинского театра весьма значительная часть зрительской аудитории. Речь идет вовсе не о вальяжных беседах многочисленных околобалетных тетушек со своими подругами прямо во время звучания музыки, а вовсе не во время аплодисментов, которые многажды звучали по ходу спектакля. На этот сорт «почитательниц» балета никаких надсмотрщиков не хватит. Сейчас мы говорим о постыдной картине, развернувшейся во время третьего действия балета.
Несмотря на приемлемое время — на часах было начало двенадцатого, еще было далеко до закрытия метро — на глазах артистов, демонстрировавших на сцене апофеоз, к выходу потянулись покупатели билетов на балет, видимо, вообразившие, что они присутствуют на сеансе в заштатной киношке. Тяжелой поступью, вразвалочку, с какими-то рюкзаками и торбами на плечах «приличная публика» маршировала по прекрасно резонирующему залу Новой сцены.
Но ужасный ужас наступил в самом финале. Постановщики на последних минутах в прямом смысле засыпали золотыми лепестками сцену и действующих лиц. Решение, может, несколько спорное, но однозначно притягивающие взоры и завораживающее. И в этот момент, под экстатическое звучание гениальной музыки Чайковского, толпы — без преувеличения! — ринулись во все стороны к выходам, словно была объявлена пожарная тревога. Автор этих строк занял место в правой стороне 12-го ряда партера: за какие-то полминуты расположенные впереди одиннадцати рядов пали в результате исхода библейского масштаба. Было неописуемо стыдно, пришлось даже прикрыть глаза.
Что поделать — никакие загрядотряды в таких обстоятельствах не помогут. Театр федерального — да что там, мирового значения, будь он хоть трижды академическим, не застрахован от хамства местного уровня. Петербуржцам для отдохновения городские власти предлагают в основном незатейливые «массовые мероприятия» местечкового качества, которые не грех посетить мимоходом, не соблюдая мало-мальского этикета. Свою лепту в опрощение — если не в вульгаризацию — зрительских нравов вносят и народившиеся в оптовых количествах «креативные» и «культурные пространства», потчующие незрелые души эрзац-искусством. Неужели отношение к прекрасному, как к распродаже с ее площадной атмосферой, докатилось и до академических стен?
И, как это водится, завершила вечер в Мариинском театре традиционная осада публикой рейсовых автобусов. Многие десятилетия Комитет по транспорту в пику торжественным финалам опер и балетов предлагает зрителям свой апофеоз вечера, когда кондукторы в автобусах маршрутов, следующих через Театральную площадь, предупреждают перед остановкой: «Пожалуйста, осторожнее — сейчас вас эстеты затопчут!» Это пример из жизни.
Разумеется, специалистам комитета никак невозможно заглянуть в афиши Мариинского-1, 2 и 3, чтобы понять, когда на берегах Крюкова канала наступит вечерний час пик. Естественно, не может быть и речи о том, чтобы запланировать пять-шесть платных шаттлов до метро в тех случаях, когда представления заканчиваются полдвенадцатого и зрители рискуют не успеть к последним поездам метро.
Вышесказанное усугубляется тем, что сдача в эксплуатацию долгожданной станции метро «Театральная» откладывается на добрый десяток лет. У Петербурга на нее нет денег. Это значит, что в обозримом будущем театралам не стоит надеяться на улучшение ситуации. А ведь прояви транспортные функционеры хотя бы минимальные профессиональные навыки, глядишь, и поведение иных театралов изменилось бы к лучшему. Все досидели бы до конца и безо всякой спешки отблагодарили бы артистов заслуженными овациями. И Спящая красавица просыпалась бы не для того, чтобы увидеть обидные бреши в зрительном зале.
Евгений ХАКНАЗАРОВ

Источник: https://afisha.rambler.ru

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here