И РОМАН, И МУЗЫКА, И ТАНЕЦ — Балет 24

И РОМАН, И МУЗЫКА, И ТАНЕЦ

Большой театр показал "Анну Каренину" Джона Ноймайера.
Вопреки балетным привычкам упрощать любые сюжеты до удобных для ног, Джон Ноймайер читает роман Толстого, пристально вглядываясь в характеры. Эта тщательность выдает в нем большого знатока и поклонника русской литературы.
Вопреки балетным привычкам упрощать любые сюжеты до удобных для ног, Джон Ноймайер читает роман Толстого, пристально вглядываясь в характеры. Эта тщательность выдает в нем большого знатока и поклонника русской литературы.

 

По ходу трехчасового спектакля не раз возникает впечатление, что сочинял его 76-летний хореограф не в балетном классе, а в кресле у камелька, неспешно размышляя, что людей изменить нельзя, можно лишь успеть сказать им важное, сочинив героям необходимый текст. В "Анне Карениной", появившейся в июле прошлого года в родном Ноймайеру Гамбургском балете, он прочерчивает все главные линии толстовского романа - и говорит о важном подробно и тщательно. Иногда даже слишком.

Первая сцена швыряет зрителя в предвыборную гонку: Каренин баллотируется на важный пост, жена и сын позируют на публику: идеальное "святое семейство".  Российских аллюзий нет, разве что секьюрити привычны до боли. После шума публичности у Анны наедине с Карениным попытка нежности, но в этот момент приносят первые сводки голосования, и ему, конечно, не до нее. Тут-то  Анне и подворачивается маскулинный красавчик из фитнес-клуба Вронский, который вскоре звонит ей на мобильный. Дальше дурная обыденность - тусовка, зажженная для Анны сигарета, случайный жест, поданная сумка. Вокзал, задавленный поездом рабочий (труп с грохотом валится с колосников, вызывая в зале не ужас, а смех) и сцена скачек как лакросс - это известная за океаном и неведомая нам до Ноймайера игра, таки сбивающая Вронского с ног и поэтому годная для сюжета.

Сцены с сыном очень предсказуемы: паровозик на детской железной дороге (использованный в "Анне Карениной" Борисом Эйфманом), игривость Анны и эдипов комплекс Сережи под самые сентиментальные отрывки Чайковского (Ноймайер точно указывает в программке, что где звучит, кроме Чайковского много Шнитке, например, из музыки к фильму "Комиссар") . В подружках  у беспутного Стивы натурально балерины Большого театра в пачках. А вот толстовец Левин - настоящий ковбой в кожаных штанах и клетчатой рубахе, размышляющий о счастье труда в стоге сена под песенку в стиле кантри. Радость свободного труда на земле - категория универсальная: ее можно ощутить хоть не только в Тульской губернии, но и в Миллуоки, откуда родом Ноймайер. Вообще вторые сюжетные линии Кити-Левин и Долли-Стива автор постановки прочерчивает внятно и не без юмора.

Вопреки балетным традициям упрощать любые сюжеты, Джон Ноймайер читает роман Льва Толстого, вглядываясь в характеры. Эта тщательность выдает в нем большого знатока и поклонника русской литературы.

Ноймайер поставил полнометражный драмбалет, где главные радости - читаемый сюжет, мерцающий психологизм и отличные работы артистов. Нервная трепетная Долли-Анастасия Сташкевич. Туповатый юбочник Стива - Михаил Лобухин. Совершенно прекрасный нескладуха Левин - Денис Савин со своим изумрудным трактором. Внезапно взрослый и надежный Каренин - Семен Чудин: за него действительно можно голосовать, и чужую дочку он, взяв, не бросит. Наконец, Анна-Светлана Захарова - почти бесстрастная в первых сценах с Вронским - Денисом Родькиным и сильная к финалу. Во всех актерских биографиях они теперь "первый исполнитель роли в балете Джона Ноймайера "Анна Каренина". В историю вошли, Толстого станцевали.

Кстати

Лабиринт сцеплений: как танцевали Толстого

Вывести на сцену танцующую Анну Каренину первой рискнула Майя Плисецкая: в 1972 году в Большом появился балет на мaузыку Родиона Щедрина, поставленный ею с единомышленниками Виктором Смирновым-Головановым и Натальей Рыженко - был скандал, вмешивались члены ЦК. Позже в 90-е исполнение отрывков из этого балета в разной хореографии было частью обязательной программы конкурса "Майя".

Затем появилось почти полтора десятка версий толстовского романа на разную музыку. Авторский спектакль поставил Борис Эйфман (2005, театр балета Бориса Эйфмана, 6-8 апреля его покажут на гастролях в Линкольн-центре, Нью-Йорк). Благонравную версию - Кристиан Шпук (2014, Балет Цюриха; 2016, МАМТ).

Жесткий спектакль с динамичной сценой скачек - Алексей Ратманский (2004, Датский королевский балет, перенесена в Мариинский в 2010-м).

Лейла Гучмазова

 

источник https://rg.ru/

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *